Офицерский состав, внимая командиру части, покорно крутил
головами, стараясь удерживать Зубова в поле зрения, невзирая на его
перемещения. Примерно в тот момент, когда у большей части
присутствующих начала кружиться голова, раздался телефонный
звонок. Вынужденный остановиться, Зубов взял трубку.
– Зубов слушает! – Улыбка расцвела на лице майора, кажется, в
кабинете стало светлее. – Та-ак, ну наконец-то, конечно, пускай войдѐт…
Положив трубку, майор решил поделиться радостью с
собравшимися:
– Товарищи офицеры, к нам в часть для прохождения дальнейшей
службы прибыл сержант медицинской службы Щекочихина Лариса
Анатольевна.
Стук в двери, и десяток пар мужских глаз уставились на двери.
79
– Да! – разрешил ситуацию Зубов.
Бушлат, натянутый на фигуру, которая могла с равным успехом
принадлежать и мужчине, и женщине. Чемодан, размер которого всѐ же
склонял к мысли о мужском поле вошедшего… Фигура отдала честь, а
из верхней еѐ части прозвучало:
– Разрешите войти? Здравия желаю! А это, стало быть, весь
офицерский состав… Какие-то все мелкие. – Голос у прибывшей всѐ же
был женский. – Как говорится, прошу любить и жаловать!
Обернувшись в оставшиеся открытыми двери, в проѐме которых
не было никого и ничего, тѐтка зачем-то крикнула:
– Лариска!. Где она?. Лариска! ! Ну что ты там стоишь, иди сюда!
Если бы медсестра и хотела произвести большее впечатление, ей
бы это не удалось. После тѐтки в бушлате и с чемоданом еѐ появление
воспринималось как изысканный, а главное – своевременный и
совершенно незаслуженный подарок судьбы.
– Здравия желаю! – пропел серебристый голосок каждому из
офицеров. – Товарищ майор, сержант Щекочихина для прохождения
дальнейшей… – Это уже было персонально Зубову.
Зубов растаял… Лужица, оставшаяся от командира части, робко
произнесла:
– Ну ладно, ладно, очень приятно, – и пожала руку. Ему хотелось
бы как-то продлить это пожатие, однако присутствующие в кабинете
офицеры во главе с замполитом уже выстроились в очередь на
пожимание руки.
– Ну, вот и хорошо, – разрушила атмосферу обладательница
бушлата, – ладно, некогда мне, всѐ, поехала, глядите тут, не обижайте
еѐ…
– А кто это был? – поинтересовался замполит.
– Митрофановна, из областного госпиталя, майор медицинской
службы, – снова прозвучал колокольчик новой медсестры.
– Слава Богу, что из областного, – резюмировал Шматко.
Вероятность попадания туда личного состава приближалась к нулю.
80
Сержант Щекочихина, она же Лариса, ещѐ не успела покинуть
штаб, а новая медсестра уже вовсю обсуждалась в туалете второй роты.
Не потому что медицина и туалет как-то связан, а потому, что
обсуждать очень удобно, совмещая это занятие с курением.
– И чѐ, как она из себя?
Всезнающий Кабанов задумался и выдал характеристику, которая,
не содержа в себе ни крупицы информации, вместе с тем давала почти
полное представление о представительнице женского пола.
– Ну ничего, симпотная краля, с Иркой, конечно, не сравнить, но,
как говорится, с пивом потянет…
– Чувствую, пора на укол, – отреагировал Бабушкин, – звать-то еѐ
как?
– Лариска, кажется, – просветил Кабанов.
– Не Лариска, а Лариса Анатольевна! – не допустил
фамильярности вошедший в туалет Шматко. – Ещѐ раз услышу… Так, что
вы здесь делаете?
На довольно странный вопрос лейтенанта решился ответить
Гунько:
– Курим, товарищ лейтенант.
– Значит, вы тут все стоите, курите, травитесь и меня травите!
Прованиваете мой китель! – догадался Шматко.
– Товарищ лейтенант, – обеспокоился отвлечѐнный от женской
темы Кабанов, – а чего вы на меня смотрите? Я ж не курю…
– Вот первым и помрѐшь, Кабанов! – сделал прогноз Шматко. –
Пассивное курение в пять раз вреднее! Или ты стоишь и не дышишь,
Кабанов?
– Дышу…
– Вот! И всѐ это тебе в лѐгкие, в печень! В желудок! И самое
главное, что не только тебе, Кабанов, но и командиру роты. С
сегодняшнего дня в туалете никто не курит! Увижу кого – самого
забычкую! Не слышу, чего я не слышу?!
81
– Есть «не курить в туалете»! – отразилось от стенок туалета.
Судя по всему, к хорошей акустике, свойственной всем без
исключения туалетам, в ближайшее время добавится чудесный, не
замутнѐнный табачным, запах.
Удовлетворив свою потребность в самогоне, дед решил
оторваться на игре в карты.
– Та-ак! Червовую даму тоже берѐшь?!
– Беру! – Кузьма был согласен брать что угодно и в любом
количестве, лишь бы закончилась эта бесконечная игра.
Залихватски щѐлкнув нартами по столу, дед торжествующе
провозгласил:
– А вот и король! И погончики! Сержантские! Ага?!
– Согласен, мой дурак, – обречѐнно выдохнул Соколов-младший, –
дед, может, мы с Варей сходим…
– Куда ты пойдѐшь?! Тасуй, пока не повесишь мне хотя бы
валетов… Чем вы там вообще в армии занимаетесь?! Сходит он! Впервые
за полгода достойный соперник попался, и тот трус!
Спасти Соколова от бесконечного количества партий могло
