Все, что должно было произойти в конце света, было подробно описано в загадочном зашифрованном письме Нострадамуса к французскому королю Генриху II. Члены тайного ордена, к которому принадлежал Нострадамус, рассказывали Ивану IV во время ночных встреч о предстоящих событиях и ключевой роли России в них. Послы римского императора умоляли царя вступить в союз с Европой и сделать его незыблемым в будущем. Они предлагали ему выйти из православия и перейти в католицизм.
Но Иван IV только смеялся над такими предложениями. Он предпочел показать своим иностранным гостям недавно составленную карту русских открытий и завоеваний в Сибири:
– Россия станет самой большой страной на земле. На евразийских территориях ее население будет неуклонно расти. – Российский монарх был убежден, что он превосходит Запад во всех отношениях, прежде всего – морально. Он не боялся конфронтации, но твердо верил, что только Россия сможет обратить мир в свою веру.
Посольство потеряло тогда всякую надежду найти общий язык с этим царем, с одной стороны, умным и наделенным стратегическими способностями, а с другой стороны – таким непредсказуемым. Сначала он предстал перед ними как ревностный реформатор: создал современное государство, юрисдикцию, как на Западе.
Но затем его обуяла жажда власти, и он установил в России абсолютистское правление, которое перешло в кровавую тиранию. Изначально в его идее об ограничении власти старинных аристократических семей, бояр путем создания дворянской службы не было ничего плохого. Только эта новая служба дворянства, опричнина, в конечном счете не была связана с государством и благосостоянием населения, а только с личным обогащением и перераспределением государственного имущества в их пользу. Коррупция стала коренным злом государства, но царь и дальше не мешал красть своим приближенным, что позволяло ему контролировать их, держать в зависимости и требовать безоговорочной лояльности. Бояр, которые тем не менее бежали на Запад и организовались за границей против России, он проклял и национализировал их состояние.
Больше всего он ненавидел своего друга детства и соратника князя Курбского, который сбежал в Польско-Литовское королевство, где он добивался создания интервенционной армии для освобождения России от тирании Ивана. Первый политический эмигрант из России сделал все возможное для усиления изоляции России в Европе, надеясь, что однажды Иван Грозный может быть свергнут.
И вот в 1575 году произошло невообразимое. Иван IV объявил, как он это уже делал в 1564 году, что отрекается от царского престола. На этот раз придворным не помогли мольбы – сорокапятилетний царь действительно покинул Кремль и сделал князя бывшей Золотой Орды татарского происхождения Симеона Бекбулатовича своим преемником.
Никто не понимал этот шаг, ведь он полностью парализовал государственную власть в стране. Православная церковь застонала: она не могла признать обращенного мусульманина своей главой и тем более помазать его как всехристианского правителя. Своему предсказателю отказавшийся от престола доверился:
– Русские и татары объединятся в единый народ. В Азии мы будем непобедимы! Китайцы, турки, персы и индусы будут смотреть на нас снизу вверх. В конце концов, на гигантской территории от Балтийского до Черного моря, а оттуда до Тихого океана появится Великая Азия, которая бросит вызов остальной части Европы.
Тут уже последний оставшийся посол Священной Римской империи больше не мог отрицать провал своей миссии. Вот и пришел конец России. Такой безумный шаг может закончиться только катастрофой, полной конфронтацией с Западом, которую экономически слабая Россия не выдержит.
Бывший опричник успокоил своего друга и верного царского полководца Орешека, что царь вскоре снова придет в себя. Уже через год Иван IV пересмотрит свое решение и вернется на престол. Симеон, временный блюститель престола, не окажет сопротивления.
С тех пор прошло почти десять лет. Старый Николай видел, как солнце садится за черными кипарисами. Быстро темнело. Чтобы не споткнуться и не упасть в темноте, ему нужно было побыстрее добраться до близлежащего монастыря. Перед входом в церковь горел огонь. По двору сновали тени. Монах замедлил шаг, собираясь заглянуть в свою келью, но вдруг перед ним выросла закутанная в одежды фигура. Монах испуганно отпрянул назад, увидев в мерцающем свете факела лицо незнакомца. Вот уж кого он не ожидал здесь увидеть.
Фауст почти не изменился. Он выглядел даже моложе, чем в то время, когда навсегда покинул Москву с императорским посольством. Николай с удивлением понял, что последние несколько лет прошли совершенно бесследно для этого странного человека. Черная бородка клинышком была аккуратно причесана. На шее красовался красный шарф. Лишь прежнего блеска в глазах больше не было.
– Мы оба должны завершить дела, – прошептал Иоганн Фауст. – Мы с тобой знаем, что Ивану IV осталось жить всего несколько месяцев. И мы оба знаем, что Россию после этого ждет катастрофа.
