Открыть глаза. А на что он хочет открыть глаза? На то, что он каждый день и без него видит? Как здоровые мужики, ни с того, ни с сего кровью по утрам харкают? Или как детишки ни с того, ни с сего умирают в своих постелях? Сука! Или как у женщин выкидыши…. Как они рожать потом бояться! Об этом он хотел рассказать ему? Да они тут живы! Живы, в этом чертовом 5Б! Как будто он и сам этого не понимает, ёбаный открывать глаз!
Но не сказал ничего. Не сказал, потому что бесполезно это объяснять тому, кто ничего не знает о том, как на самом деле им приходиться. С чем они имеют дело. А сказал вот что:
— У меня нет другого. Мы все тут исходим из того, что есть. И благодарны этому. — Он посмотрел сквозь сизый табачный дым на Печатника. — У меня семьи, дети, старики. Есть раненые и больные. Что мне с ними делать? Куда я их?
— Да я и не предлагаю вывести их на поверхность. Мы оба прекрасно знаем, что ждет нас там. — Печатник кивнув в потолок. — Но и оставаться тут тоже нельзя.
— Я не пойму: выходить нельзя, оставаться нельзя. Так что же нам делать? — Нервно затеребил папироску Председатель. Ему все больше не нравился этот разговор.
— Ты уже все знаешь. Ты знаешь, что я предлагаю, не раз с тобой это обсуждали. И поверь мне, — надавил Печатник на Петра, видя, как его лицо налилось кровью, и как тот готов перебить его, — это единственный способ остаться в живых! Только так мы можем сохранить человеческую популяцию и не сдохнуть как динозавры.
— Послушал бы я еще раз. — Пробурчал Председатель, махнув еще мутной жидкости и закряхтев в кулак.
— Ну, а что, я расскажу. — Охотно подхватил предложенную тему Печатник, тем более в старый разговор было что добавить. — Лет тридцать, сорок назад, километрах в шестистах от нас, еще до катастрофы, был такой научный институт прикладной термодинамики, или сокращенно НИИ ПТ, впоследствии переименованный в «Нанорад», о чем всем известно. Но название не отражало всей сути того, чем на самом деле занималось это государственное учреждение. Конечно, было и то, что звучало в громком названии, поэтому эта деятельность была напоказ, и находилась на верхних этажах. А вот то, что действительно интересовало работников в белых халатах, находилось намного глубже поверхности земли. Этажей так на пятьдесят — шестьдесят ниже. И там, на этой глубине, создавался экспериментальный щит нашей Родины. Я многое не знаю, да и откуда бы знал. Но был один мужичок, которого я как-то раз повстречал на Пустошах, что окружают наш любимый город Мегатонну, назвавшийся Кощеем, так вот он говорил, что работал на верхних этажах того НИИ. И часто слышал о чудовищных опытах над людьми, которым ставили прививки, содержащие измененные ДНК принудительной евгеники. И слышал, как те люди преображались в чудовищных мутантов, на которых мало что действовало, и которые, но я в это почему-то не особо верю, обладали сверхсилами. Как-то раз, лет за пять перед гибелью мира, Кощей рассказывал, случилось с ними неприятность. Отключили электричество во всех корпусах института, но потом, минут так через пять, началось странное синеватое свечение, от которого образовывались огни святого Эльма на острых концах мебели и офисной обстановки. Даже на концах канцелярских ручек засветились синие кисточки, а волосы на голове и теле поднялись под воздействием разрядов электричества. А вслед этому явлению завопила истошная сирена, оповещая о чрезвычайной ситуации. Раздался взрыв, что-то бумкнуло в секретной части института, находившейся внизу. Коллеги Кощея переглядывались, не понимая, что произошло, но никто не бежал, все ждали. А зря. И буквально через секунды, они услышали страшный скрип в лифтовой шахте и душераздирающие крики, а после и вовсе престранные звуки, вроде кто-то поднимался по шахте вверх. Но электричества не было, значит не лифт! А еще через несколько минут, когда скрипы и шорохи поравнялись с их этажом, нержавеющие двери шахты открылись, и ОНО появилось в проеме.
— Так это ты мне сейчас про Черную Ведьму пытаешься байку продать! — Запыхтел Председатель. — Не трудись, знаем мы эту старую историю. И про Ведьму эту, хотя кто так решил — бабой обозвать ЭТО существо — в толк никак не могу взять. И про город этот ваш утопленный. Про все знаю — не трать время.
— Знать-то знаешь, да не все. — Спокойно ответил Печатник. — А ты, уважаемый человек, знаешь, что дальше было? После того, как это существо вылезло с нижних ярусов?
Председатель набычился, побагровел, но головой все же кивнул, неохотно требуя продолжения.