— Ой! — Ожил динамик в шлеме скафандра. — Ни кого не зашибло? — по интонациям Танк безошибочно узнал Жозе (он же Джей). Жозе был самым бесшабашным и бесбашанным космодесантником во всем Внеземелье. — Если есть кто на палубе — отзовитесь!
— Ты мать твою… какого хера…вы… Я тебя… уёбок! — Орал в шлемофон Танк. — Какого черта ты тут делаешь? — немного успокоившись, но все же еще очень громко спросил Танк. — Ты меня чуть не убил! Корыто ты дырявое, сволочь ты распоследняя!
— Я же сказал «Ой!» — Жозе появился из-под выпуклой, словно страдающей легкой степени ожиренья, кормы по соседству стоящей «Чайки». Выпрямившись во весь свой гигантский рост, он примиряюще поднял ладони. — Если бы знал, кто меня посетит в рассветный час — кофе сварил бы.
— Значит вместо кофе, так ты своих гостей потчиваешь?
— Я же извинился. Хватит дуться. А в знак примирения, у меня в каюте есть кое-что из контрабандного.
— Это у русских называют «выпить за мировую».
— У вас, русских, вообще, что ни случай, так «Война и Мир». — Пошутил Жозе. — Так ты заходи…
— Зайду. А что ты вообще-то здесь делал? — Танк очень не любил, когда в его ведомстве кто — то наводил свои порядки. Его брови опять сошлись на переносице.
— Не беспокойся.- Неизвестно, видел ли сквозь блистер шлема Жозе брови Танка, но недовольство, скорее всего, почувствовал в голосе механика. — Кнут распорядился о размещении в «Ванде» здоровенного куска «мергалита». Я погрузил два. — Задрав нос от гордости, заявил десантник. — Рванет, так рванет.- Жозе мечтательно вздохнул.
— Взрывы — это ваше с Кнутом дела. В мое, главное, не лезьте. — Все еще недовольно проговорил Танк.
— Ты же знаешь. — Словно оправдывался Жозе. — Я ни-ни. Ни рукой, ни мысленно.
— Ну и ладно. — Махнул рукой на ситуацию механик. — Ты, кстати, всё здесь?
— Да. Пожалуй, пойду. — И как бы боясь, того, что Танк за что-то ему еще может всыпать, поторопился удалиться. Катафоты его скафандра отражая свет, и плавно покачиваясь на плечах, удалились в сторону кессона.
Танк, чтобы отвлечься и прийти в себя от случившегося, и что бы как-то отвлечься, подошел к краю палубы, облокотился на шлюз вакуум-створа. Вид, открывавшийся с края был действительно изумительным: открытый космос, всегда поражавший впечатлительные умы всех поколений ученых, сейчас предстоял перед ним в расхристанном виде — не утаивая и не скрывая ничего от взгляда. Большая медведица, сверкала рассыпавшимся бриллиантами, Млечный путь — будто молоко, пролитое проходившим мимо гигантом, так же невероятно прекрасно сверкал и переливался звездным светом. Но не это сейчас главенствовало на горизонте — Умбриэль сияя отраженным светом от единственной стороны, повернутой к Солнцу, затмевая Уран, ввиду приближенности, красовался испещренной метеоритными атаками и изрытой геологической активностью поверхностью. Из-за необходимости разведки планетоида, «КАСТРа» зависла над тем самым кратером — Вандой. Он располагался вблизи экватора, на дне, в центре кольца яркого материала, по-видимому, просочившегося из залежей из-за внешнего воздействия, было новообразование, прозванное десантниками Дити. Или по-другому — мать демона.
Простояв еще с полминуты и в последний раз окинув взором безмолвную красоту космоса, Танк с сожалением отвернулся и пошел исполнять свои прямые обязанности.