И эта туда же… Я задумался – нет причины им не верить. Но из-за чего может лампа мерцать? Только пульсации из сети, больше их вызвать ничего не может. Но схема питания светильника примитивная до безобразия – трансформатор, два кенотрона и батарея конденсаторов. Вариант «в сети изменилась частота» отметаю сразу – последствия этого бабахнут сразу и везде. Значит, либо выпрямители не выпрямляют, либо кондеры не сглаживают – больше нечему там ломаться. Ладно, разберусь.
Светильник уже практически перестал давать свет, и я, не дожидаясь команды, снова воткнул вилку в розетку.
– Хорошо, эксперимент можно считать завершенным, так же, как и операцию, – тут же раздалось от стола. Интриганы хреновы…
Стоило выехать каталке с больным, как Василий Васильевич сам вышел в коридор и позвал ожидающих результатов операции ребят внутрь. Операционная после операции разительно отличается от операционной до, поэтому ребята восторженно крутили головами, пытаясь увидеть сразу все.
– Итак, – Василий Васильевич негромко похлопал в ладоши, привлекая внимание, – сегодня, буквально только что, тут завершалась операция, ставшая родоначальницей…
Ничего себе из него официоз попер какой. Однако «основоположникам новых методов» и «конструкторам новых приемов» такая речуга более чем зашла. Вон, стоят рядком, открыв рот, и боятся хоть слово пропустить. А главврач разливается соловьем, рассказывая нам всем, что мир стал лучше и красивее, а главное – веселее. Внезапно откуда-то появился фотограф и, собрав нас плотной кучкой, сфотографировал. Потом было еще несколько снимков в духе «изобретатели напряженно смотрят внутрь прибора», но я, сославшись на полученную ранее повестку, покинул ставшее дико пафосным место. Хм-м… что-то я язвительный больно стал, неужели откат после волнений пошел? И ведь чаем такое не снимешь.
Интересно, здания госучреждений тут по одному проекту делали, что ли? Районное отделение милиции было практически точной копией транспортного, где я провел незабываемую ночь. Правда, тут при входе на здании вывесок было гораздо больше, но зато внутри все было так же. И широкая лестница на второй этаж, и стойка с дежурными. Показав дежурному повестку, я поднялся на третий этаж и, коротко постучавшись, толкнул дверь.
Внутри оказалось аж шесть столов, за которыми в окружении папок сидели фемины. Никакого другого определения мне в голову не пришло. На баб они не тянули, а товарищи были для меня как-то перебором.
– Девушки, я Брянцев, – и, сверившись еще раз с повесткой, – к Ерофеевой.
– Проходите ко мне, – меня поманила к себе женщина с землистым лицом. Может, мне как работнику больницы порекомендовать ей больше отдыхать? А то вон какие мешки под глазами.
– Распишетесь тут, потом вот тут и тут, я там отметила галочками, – ко мне была пододвинута папка, поверх которой лежали тоненькой стопкой листочки. Я взял и перелистал полученное – «Постановление о прекращении уголовного дела», «Уведомление о постановке на учет», «Требование о предоставлении» и еще куча листов с аналогичными шапками. Ладно, сейчас разберусь…
Поставив свою подпись на последнем листочке, я глубоко вздохнул. Все, теперь я Чебурашка, и каждая дворняжка… Тьфу, тут другое надо – читайте, завидуйте, я гражданин Советского Союза! В листах под роспись меня извещали, что уголовное дело на меня закрыто, я признан невиновным, честным и вообще очень хорошим человеком. Мне теперь полагается паспорт, койко-место в общежитии при больнице и оплачиваемая работа по специальности там же. Правда, сама специальность не была указана, но видимо, это уже головная боль бухгалтерии.
Просмотрев, не забыл ли я где расписаться, эта самая Ерофеева подтолкнула ко мне копии постановлений-уведомлений и, дежурно поздравив, отпустила. В ответ я, благодаря за уделенное время, еще раз обозвал ее девушкой. Мне несложно, а ей приятно.
Выйдя на крыльцо, я посмотрел на уже начавшее заходить солнце и потянулся. Вот вроде и был-то всего ничего, а как будто испачкался в чем-то.
– Оп-па, Электрик. Наше вам, – внезапно ко мне обратился стоящий неподалеку мужик.
– Жмых? – заправленные в сапоги брюки и засаленная кепка тут же вытащили кличку совместного сидельца. – А ты тут какими судьбами, вроде же на зону должен был уехать?
– Фартануло, шапиро попал в самый цвет, – он сплюнул, – так что приземлился я подметалой у сявок на полгода. Но зато бабки чистые на карман упадут, и перед мильтонами не замазан.
– У меня лучше. Дело закрыли, справку дали. Я теперь гражданин, а не лох, – поделился я в ответ своим успехом.
– Так, может, по такому поводу – пошли, да отметим это дело?
– Не, не могу, я на мели конкретно, – ну не рассказывать же, что все это время я живу исключительно на подачки от больницы. Да, хорошо, да, много, но живые деньги я видел только в чужих руках.
– Ну, тогда пошли хоть по кружечке пивка бахнем, я угощаю.
– Ну, раз угощаешь…
