Как только я пересёк грань бреши и оказался в восемнадцатом веке, то сразу почувствовал странную пульсацию в области запястья. Чуть-чуть задрав край рукава пиджака, я решил посмотреть, что же случилось с моей левой рукой. На запястье яркими зелёными цифрами высвечивался таймер. Он показывал количество минут и секунд, которые неумолимо бежали вперёд, а точнее назад, сокращая время пребывания. Полагаю, мистер Смит не заметил этого незамысловатого циферблата в своём запястье. Ещё бы, с его-то чёрным пальто! Как бы там ни было, сейчас уже абсолютно безразлично то, что находится у меня на руке. Главное, что мы смогли попасть сюда.
Да-да, я могу поклясться, что мы действительно попали в прошлое. От осознания этого, по моему телу пробежалась стая мурашек. Мне хотелось кричать от радости и танцевать чечётку своими больными ватными ногами. Но я понял, что танцевать сейчас – не самая лучшая идея, а вот кричать я мог во всё горло:
– Мы сделали это! МЫ! СДЕЛАЛИ! ЭТО! Мистер Смит нам не врал!
Кстати, о нём. Для него последний запал был слишком тяжёлым и он до сих пор сидел на полу, переводя дух. Я подскочил к Джесс и Джеймсу, которые тоже старались отдышаться. Но мне было просто плевать на усталость. Мои эндорфины всё решили за меня. Я был рад, что справился со своей задачей, что Билли Морган чёртов ворон Смит нас не обманул, что мы стали первыми людьми двадцать первого века, которые на собственном опыте доказали, что путешествовать во времени вполне реально.
На радостях, я схватил их обоих (сестру и Джеймса) за руки и уже хотел радостно запрыгать по кругу, как вдруг меня спустил с небес на землю тонкий девичий голосок.
– Папа?
Я обернулся. Из уже знакомого мне люка показалась она – Саманта. Словно сошедшая с фотографии, она была словно фарфоровая кукла с идеально ровной линией скул, которую подчёркивал слабый свет, исходящий от свечи в большом резном чугунном подсвечнике, что она держала в руке.
– Саманта… Я, я вернулся.
Похоже, что она совершенно не заметила нас. Или старалась не замечать. Она мгновенно взобралась на чердак, пардон, в лабораторию, высоко поднимая подол своей ночнушки. Поставив свечу на ближайший стол, Саманта тут же бросилась к отцу и взяла его руки в свои.
– Ты вернулся, словно не веря своим глазам, пролепетала она. – Абсолютно точно, ты вернулся. Я не брежу, нет.
Билли что-то невнятно пробурчал, но похоже, что она поняла его изречение и пулей поднялась на ноги, ринулась к небольшой деревянной полочке, откуда достала какие-то таблетки. После она почерпнула узенькой пробиркой воду из какого-то ведра и вновь подошла к отцу. Старик Билли, похоже, совсем не помнил себя. Он обессиленно распластался на полу и не мог произнести ни слова, только кряхтение.
– Вы можете немного помочь мне? – Обратилась она к нам.
Значит, она всё-таки нас заметила. Хотя, ясное дело, не заметить, а тем более, не услышать нас было трудно.
– Что же Вы молчите? Прошу, мне нужна помощь.
Тут я вышел из транса и бросился к ней.
– Да-да, конечно. Что от нас требуется?
– Нужно приподнять его голову, чтобы я дала ему таблетку.
Джесс и Джеймс быстро скооперировались и уже выполнили её просьбу. Саманта вручила мне в руки колбу с водой, а сама присела на колени и склонилась над отцом.
– Я дам тебе сразу две, чтобы давление пришло в норму, хорошо? – Билли согласно кивнул, попутно открывая рот, и Саманта ловко забросила туда таблетки. После она протянула руку и жестом попросила меня отдать ей колбу с водой. – Вот и всё. Полежи ещё пару минут, я уверена, всё пройдёт.
Билли измученно выдавил из себя улыбку и тихо прохрипел:
– Спасибо Вам, ребята. Саманта, только благодаря им, я сейчас дома.
Она вновь взяла его руки в свои, стараясь призвать его к спокойствию. Когда она взглянула на нас, я заметил, что по её щекам текут слёзы. Это слёзы счастья, в этом нет никаких сомнений. На душе стало как-то легко. Сегодня мы сделали более счастливыми нескольких людей. Только ради этого стоило пойти на этот риск.
– Извините, я даже не представилась, – сказала она, вытирая слёзы тыльной стороной правой ладони. – Я – Саманта Уитни Смит, дочь мистера Смита.
– Что ты, не извиняйся, – начала Джесс. – Мы и так всё знаем. Это ты нас извини, что не помогли ему вернуться раньше. Кстати, я – Джессика. А это Джеймс. А это мой брат Хью.
– Очень приятно.
– А нам-то как приятно, да Хью? – Я думал, что Джеймс разучился говорить. С того самого момента, как мы прибыли сюда, он не обронил ни слова. – Может быть, нужно ещё чем-то помочь?
– Нет-нет, спасибо. Мне уже гораздо лучше, – ответил вместо неё Билли. – Ещё парочка минут, и я снова буду, как огурчик.
