Однажды вечером Серхио Гонсалес читал Джорджа Стайнера, и ему поступил звонок — он сначала даже не понял, от кого. Очень возбужденный голос с сильным иностранным акцентом быстро заговорил, что это все ложь, подстава, причем заговорил так, словно бы не только что набрал номер, а разговаривал с ним уже полчаса. Что вам нужно, спросил он, с кем вы хотите поговорить? Вы — Серхио Гонсалес? Да, это я. Давай, придурок, скажи мне, как у тебя дела, произнес голос. А ведь издалека звонит, подумал Серхио. Кто это? — спросил он. Да ладно, блядь, вы чего, меня не помните? — в голосе зазвучало легкое изумление. Клаус Хаас? — спросил Серхио. На другом конце провода засмеялись, а потом послышалось что-то похожее на металлический ветер — так говорит пустыня и так звучит тюрьма по ночам. Он самый, говнюк, я вижу, ты меня не забыл. Нет, не забыл, подтвердил Серхио. Как же я могу вас забыть? У меня мало времени, сказал Хаас. Я друг Текилы, сумасшедшего придурка, которого так прозвали, а Текила — брат одного из «бизонов». Но на этом всё. Нет ничего больше, мамой клянусь, произнес голос с иностранным акцентом. Вы это своему адвокату расскажите, сказал Серхио, я больше не пишу о преступлениях в Санта-Тереса. На другом конце провода Хаас рассмеялся. Вот все мне так говорят. Расскажите это здесь, расскажите это там. Моя адвокат все знает, сказал он. Я ничего не могу для вас сделать, сказал Серхио. Ну надо же! А я думаю, что можете. Затем Серхио снова услышал шум труб, царапанье, ураганные порывы ветра. А вот я, если б в тюрьму попал, что бы делал, подумал Серхио. Забился бы в угол, прикрываясь матрасом, как ребенок? Дрожал бы? Просил бы о помощи, плакал, покончил с собой? Меня хотят утопить, сказал Хаас. Откладывают суд. Меня боятся. И хотят покончить со мной. Снова раздался шум пустыни и что-то еще — похожее на шаги животного. Все мы постепенно сходим с ума, подумал он. Хаас? Вы тут? Никто ему не ответил.
После того как в январе арестовали «бизонов», город наконец-то вздохнул спокойно. Лучший подарок на Святки — так озаглавила «Голос Соноры» новость о поимке пяти салаг. Естественно, убийства случались. Зарезали обычного разбойника, который промышлял в центре города, умерли двое чуваков, связанных с наркоторговлей, умер заводчик собак, но никто не нашел ни одной изнасилованной и убитой женщины. Таков был январь. В феврале повторилось то же самое. Обычные, да, привычные смерти, люди, которые начинали праздновать, а потом гибли, смерти не кинематографичные, смерти из области фольклора, а не современности — смерти, которые никого не пугали. Согласно официальной версии серийный убийца сидел за решеткой. Его имитаторы, или последователи, или фактотумы,— тоже. Город мог вздохнуть спокойно.
