– Понятное дело. – Джейк делает глубокий вдох. – Я все сделаю.
– Что? Попросишь Джоанну?
– Нет. Скажу речь. – Он берет секундную паузу. – Моя сестра-близнец умерла от муковисцидоза, когда нам было по тринадцать.
Карла чувствует, как у нее от удивления открывается рот. Что тут скажешь? Разве она знала? Нет, не знала. Карла давно влюблена в Джейка Маклауда. Он красивый, честный, достойный. И женатый – супруга представляет штат Индиана в Конгрессе. Стильная женщина. Сама Карла не так давно развелась. Муж был красавец, но нечестный и недостойный. Карла дала себе слово, что следующим мужчиной, с которым она построит отношения, будет Джейк Маклауд. Новость о том, что он потерял сестру, многое объясняет, хоть и застает Карлу врасплох. Джейк блестяще ведет дела, у него есть ответственность, от которой он никогда не уклоняется, и теперь Карла понимает почему. Она не думала, что сможет полюбить его еще сильнее, но, кажется, это так.
– Да, я практически никому об этом не рассказываю. – Джейк будто читает ее мысли. Прикасается к ее руке и сразу убирает ладонь. Карла недавно развелась. Они слишком долго стоят в холле. В Фениксе наверняка сплетничают, как везде. – Не беспокойся, выступлю.
Джейк умеет общаться с людьми. Но его сильная сторона – выступления перед небольшими группами или переговоры один на один, а не публичные выступления.
Он делает пару пометок на салфетке. Выходит что-то несвязное, и он выбрасывает салфетку. Он видел достаточно спикеров на подобных мероприятиях. И прекрасно знает: нужно просто рассказать свою историю.
И все равно у Джейка сосет под ложечкой, а во фраке жарко и тесно. Кусок в горло не лезет, а пить он и подавно не может. Выпил немного бурбона с колой и теперь боится опозориться. Что же он делает?!
Гаснет свет, гости рассаживаются. Горят свечи. Уже поданы закуски. За столиками передают друг другу рулеты и рельефные кусочки сливочного масла. Наливают вино. На сцене зажигается свет, музыканты играют что-то негромко. Поднимается Карла, ткань на ее брюках топорщится при ходьбе. Она берет микрофон. Публика приветствует хозяйку. Присутствующие настроены дружелюбно, подмечает Джейк. Они простят ему его позор.
– Несколько минут назад я говорила с Риком Спиром и передала, что все мы сегодня молимся за Сидни, – начинает Карла. – Рада сообщить, что вместо Сидни выступит Джейк Маклауд, исполнительный вице-президент Фонда исследований муковисцидоза. Он впервые согласился рассказать свою историю. Дамы и господа, давайте поприветствуем Джейка Маклауда так тепло, как умеют в Фениксе.
Овации. Джейку кажется, хлопают как-то вяло. Гости пришли послушать Сидни, а выступать будет он. Шум крови в ушах заглушает аплодисменты. Если он будет представлять их голыми, ничего не получится. Джейк волнуется даже не из-за того, что выступает перед тысячей зрителей; куда страшнее то, что он собирается рассказать. Он говорил о Джессике всего с несколькими людьми. С кем? Урсуле ничего рассказывать не пришлось, она проживала уход сестры вместе с ним. Бесс еще маленькая, не поймет. Он все расскажет дочери, когда она подрастет.
Мэлори.
Он рассказывал о Джессике ей.
Карла уступает Джейку место на сцене. Он смотрит на многотысячный зал, а видит одну Мэлори. 1993 год. Ей двадцать четыре. Она лежит на старом покрывале на песке. На ней шорты и футболка, волосы разметались, она глядит в звездное небо. Когда Джейк говорит о сестре, Мэлори поворачивается на бок и подпирает голову рукой. У нее зеленые глаза. Смотрит на него в упор.
Слушает.
– К какому времени относятся наши первые воспоминания? Четыре года? Пять? Примерно в этом возрасте в детском мозгу устанавливаются нейронные связи, формируется память. Вот в этом возрасте я понял, что моя сестра не похожа на других детей. Джессика особенная. У нее случаются приступы кашля, ее регулярно возят в больницу.
Он делает паузу, потом продолжает:
– Через год или два родители объяснили мне, что у сестры муковисцидоз.
В зале стоит мертвая тишина.
– Я сказал, что у меня была сестра-двойняшка, но нас частенько донимали вопросом, не близнецы ли мы.
В зале слышен смех. Наверняка смеются родители двойняшек или братья и сестры.
– Мы с Джессикой были разнояйцовыми близнецами, поэтому нам достались разные ДНК. Ей – с муковисцидозом, мне – нет, – Джейк снова делает паузу. – Можете себе представить, каково было мне. Если бы я только мог, я был бы счастлив взять все бремя болезни на себя.
В его глазах слезы. Он не видит зрителей, но держится.
– Увы, это оказалось невозможно. Но память о сестре привела меня в Фонд исследований муковисцидоза, где я работаю уже семь лет. Помогаю собирать деньги на исследования, чтобы детям не пришлось терять братьев и сестер в тринадцать лет. Чтобы родителям – а мои чувствовали себя вдвойне беспомощными, потому что сами врачи, – не приходилось прощаться с детьми. – Он переводит дыхание. – Я стою здесь перед вами и прошу у вас поддержки, потому что этого не может сделать моя сестра.
