Да, и такое бывает. Влюбились друг в друга они еще в царевичевой школе, поженились, детей родили, а сейчас вот... как же хорошо, что хоть дети с дедом и бабушкой остались! А она вот напросилась сопровождать мужа!
Черти б побрали Людовика!
- Постарайся уцелеть, - только и сказала она, стараясь слиться с деревом.
***
- государь! Защити! Прошу!
Мало кто видел Федора Ромодановского в таком состоянии. Борода торчком, волосы растрепаны, кафтан в пятнах....
- Что случилось?
Алексей даже слегка испугался. Но...
- Племянник мой! Мишенька!
Как явствовало из рассказа - Михаил Ромодановский был отправлен на Яву. Дело житейское, царевичевы воспитанники и не туда ездили. Но по дороге на его корабль напали французские каперы.
Михаила убили. Его жена чудом уцелела.
- Как именно? - зачем-то уточнил Алексей.
- Михаил сказал ей спрятаться в шлюпке. Там не искали. Перегрузили все самое ценное, пробили дыру в днище - и ушли. Ее носило по волнам примерно четыре дня. Потом ее подобрал испанский корабль.
- Французы, значит? - уточнила Софья, входя в кабинет.
Ей доложили о явлении Ромодановского, и она поспешила к брату. Мало ли что!
- Они, гады, - закивал Ромодановский. - государыня! Не покинь в беде!
- Да уж не покинем. Названия кораблей...
- 'Стремительный' и 'Белая Лилия'.
- Как мило, - усмехнулась Софья. - ладно. Дадим приказ нашим людям. Князь, вам эти люди живыми нужны - или полевого суда хватит?
Ромодановский сверкнул глазами.
- мне нужно, чтобы они помучились! Я им Мишку не прощу!
- а, ну это можно и на месте.
Софья прищурилась. Задумалась о чем-то...
- Есть возможность? Значит, надо сделать все, как можно более мучительно и страшно, - заметил Алексей. - Сделать их примером.
- Можно, - протянула Софья. - Князь, это на вашей фантазии. Придумайте что-нибудь пострашнее, а я напишу нашим людям. Пусть претворяют в жизнь.
Ромодановский закивал. Это он мог, еще как мог. Дрожать и мелко креститься будут, мерзавцы такие! А уж чтобы напасть на русский корабль!?
Надо постараться сделать так, чтобы это им и в голову не пришло, вот!
***
- Чувствую себя последней мразью, - Иван Лапин смотрел вслед удаляющейся по пыльной дороге неказистой телеге. На такую бы даже разбойники не позарились - скорее, на бедность подали бы. Оно и к лучшему, авось, доедет.
- а ты не чувствуй, - огрызнулся его приятель, Петр. - Думаешь, мне легко? Или государю? Но видимо, другого выхода нет.
- А вдруг есть? Не по-людски это!
- А воевать с испанцами сейчас - добро? - огрызнулся Петр. - Страна чуть с колен встала, да в казне все одно шаром покати, едва дыры латать успевают, оспа только что прошла, король умер - им бы лет десять спокойствия, чтобы никто не трогал. А Людовик - сука.
- Это-то верно... Но...
- и людям этим мы заплатили более, чем достаточно. Их семьям. Они сами согласились.
- деньги - это еще не все.
- Но когда они есть - все равно спокойнее. К тому же, мы и сами рискуем.
- В Университете сказали, что мы заболеть не должны. Или перенести болячку чуть ли не как насморк.
- Ученые люди, оно, конечно, хорошо, - сбился Петр на простонародный говор, - да все одно, риск большой.
- И чего ты тогда согласился? - окрысился Иван.
Парням не нравилось их дело, но куда деваться? Государь приказал - и возражения не предусматривались.
Оспа.
Раз уж она есть в Испании, справедливо будет помочь ей добраться до французского войска. Она ведь не только по воздуху летает, но еще и через прикосновения передается. Например, полотенце, которым утирался больной оспой, допустим, что на ткани засохла мокрота. Потом его взяли и вытерли какому-нибудь графу лицо после бритья. Одна царапина на коже - и мы имеем заболевшего графа. А дальше оспа сама разберется. В любом случае, воевать они уже не пойдут.
Телега была нагружена подобными вещами. Дело ребят было доставить их в расположение французской армии. Сами они рисковать не собирались. Нашли тех, кто переболел оспой - и щедро заплатили им.
Люди соглашались.
Оставляли на всякий случай деньги семьям, и отправлялись в расположение французской армии, неся с собой вещи, а кто-то, возможно, и вирус.
Может, ничего и не произойдет.
А может...
Это-то Ивану и не нравилось. Он справедливо полагал, что кроме французов заболеет еще уйма посторонних людей.
У Петра таких сомнений не было. Это не его страна, не его земля и не его народ. Этим все сказано. Да и государь попросил...
Этого достаточно.
Телега, и не одна, двигалась по направлению к корпусу маршала Катины. Еще несколько телег двигались по направлению к войскам Савойского.
Где-то да сработает.
***
- Что вы сказали?!
Людовик был в ярости. Адмирал де Турвиль был бледен, как мраморная колонна, но держался так же стойко.
- Да, сир. Именно так. Два корабля, которые были сцеплены между собой. 'Белая Лилия' и...
- Какая разница?!
- На парусе было написано - 'За русский корабль'. И на палубе тоже, и на стене в каюте капитана, чтобы все увидели. А на корабле...
Де Турвиля трясло.
Он многое видел, но такого...
