«Ладно, открою тебе секрет, только больше никому», — сказал я, когда вдоволь наигрался с пушистым теплым котом.
«Говори, никому не скажу», — пообещал Сусанин, сел рядом и начал умываться лапой.
«Если все у меня и Рыжика получится, то в течение года будет у тебя ошейник — я тебе обещаю. И никто его у тебя не отнимет», — сказал я, котик уловил мою искренность (котов мира Ворк обмануть невозможно), обрадовался и вскочил на четыре лапы, готовый к любым свершениям.
Я тоже встал, и мы отправились на поиски Рыжика, неспешно шествуя рядом друг с другом и весело обсуждая все важные лесные события, которые происходили прямо у нас на глазах — белки, вороны, бобры и прочая живность на пути давали массу интереснейших тем для разговоров.
С Рыжиком я хотел встретиться не только потому, что ужасно по нему соскучился. Моему лучшему другу среди котов мира Ворк уготовано одно из самых важных мест в дальнейших планах, и надо сказать — молодой вожак как нельзя более соответствует этому месту.
Рыжик, разумеется, полностью рыж. Это первый кот мира Ворк, с которым меня связала долгая дружба. До него я несколько раз общался с котами, и даже путешествовал на пару с некоторыми из них. Но после возвращения домой тех котов (тоже без сомнения очень умных, ловких и красивых) я больше так и не встречал. С Рыжиком получилась совершенно другая картина — после первой же совместной работы (очень удачной, кстати) я просто уже не представлял себе другого компаньона. Все последующие путешествия в мир Ворк, как на Ту так и на Эту сторону, я совершал в течении четырех долгих лет только вместе с моим любимым другом Рыжиком. За это время мы начали понимать друг друга с полу-мысли, «полуслова» при общении с котами и не скажешь — громких слов коты мира Ворк не произносят, разве что тихонько урчат иногда, телепаты пушистые (ну и при нужде могут оглушительно заорать).
За это время Рыжик из кота-юноши превратился сначала в могучего молодого бойца в полном расцвете сил, а после стал зрелым воином, мнение которого ценили все прайды Леса котов. Его постоянная подруга, прекрасная черная Халва, относилась ко мне с неизменным теплым чувством, и всегда отпускала Рыжика в наши совместные путешествия. Впрочем, рыжий Одиссей не мог надолго оторваться от любви всей своей жизни, и неизменно возвращался к своей пушистой черной Пенелопе. Правда, в последний поход Рыжик со мной отправится не смог — он как раз закончил вместе с Халвой выращивать выводок (тоже последний, так как мой кот уже вышел к тому времени из детородного возраста), сдал двух своих котят (черного мальчика и рыженькую девочку) в кошачий детский сад — и его тут же призвали в Старшие коты. Рыжик не смог разорваться на две части и поэтому прикрепил ко мне Сусанина-младшего, а сам отправился «принимать пост». Надо сказать, Сусанин отлично показал себя в деле (правда задание в тот раз было несложное — слетал в Огрбург, встретился со своим агентом, одной высокопоставленной гоблинкой, забрал пару вещей и отбыл обратно), но все равно — Рыжика мне ужасно не хватало. Поэтому я шел по лесу, весело болтая с Сусаниным-младшим, и при этом немного волновался, предвкушая встречу со своим лучшим другом, с которым не виделся почти год (то пересечение путей мельком полгода назад за полноценную встречу считать нельзя). При этом я привычно прокручивал в голове далекоидущие планы.
Как я уже упоминал, без Рыжика я, скорее всего, не смог бы выполнить ту работу, которую на меня возложил ИскИн — переселение хотя бы одного прайда котов на острова. Да и при полном содействии моего кошачьего брата это являлось очень непростой задачей. Судите сами:
Для начала надо было получить принципиальное согласие не только вожака и самого прайда — совет котов леса тоже должен был дать свое добро, а это, я вам скажу, бюрократическая организация похлеще джисталкерского комитета. Если даже они меня выслушают, то не факт что примут хоть какое-то решение — данный вопрос для котов чрезвычайно абстрактен, и может рассматриваться поколениями вожаков, сменяющими друг друга на ваших глазах, без малейшего продвижения в нужном направлении. Так что в этом деле у меня вся надежда была только на Рыжика, причем я думаю, что ему даже доказывать ничего придется — просто попрошу помочь, надеюсь этого хватит.
