— Не за что. Жаль, что ничем не смог помочь, — произнес Фит, тоже встал и протянул руку для прощания. — Время идет. Я читал, что чем больше времени проходит с момента похищения, тем меньше шансов найти пропавших живыми…
На Роул было страшно взглянуть. Она напоминала ледяную фигуру. Она повернула голову в сторону ученого и бесцветным голосом произнесла:
— У нас на Китиаре говорят: «Пока в сердце есть надежда, не хорони близких».
— Мы делаем всё, что в наших силах, — заверил Коллингейм и вытащил Тайни за руку из кабинета.
— Чувствую себя медведем на веревке, которого водят на потеху публике, — пробормотала она, когда закрылась дверь, и провела пальцами за стойкой воротника, будто это была та самая веревка, которая давила шею.
— У тебя неплохо получается, — похвалил Алекс. — Только рычишь неубедительно. Больше экспрессии.
— Я сейчас кому-то подзатыльник убедительный отвешу, — обиженно ответила Тайни.
— А это уже угроза полицейскому при исполнении.
Шутки были так себе, но детективу хотелось хоть немного растормошить девушку. Было заметно, что общение с профессором окончательно ее добило.
— Какие у вас романтичные поговорки, — продолжил Алекс, пытаясь отвлечь.
— В полной версии она звучит: «Пока в сердце есть надежда, не хорони близких прежде врагов». Но я решила, что это будет выглядеть угрозой. Куда мы направляемся?
— К твоей будущей невестке.
— Даниэла Вуд — это та блондинка, которую мы видели в коридоре с парнем? — уточнила Тайни с неприязнью.
Детектив кивнул.
— У нее действительно не было ни единого шанса, — убежденно произнесла Роул.
— Ты же сама показывала мне запись с нею.
— Это не может быть она.
— Тай, — Алекс остановился и повернулся к собеседнице. — Не понимаю, почему ты не хочешь признать этот очевидный факт. У Даниэлы Вуд и Эмиля был роман. Если я правильно представляю характер твоего брата, боевики папаши-Вуда его бы не остановили.
— Дело не в угрозах…
— Тогда в чем? Роулы брезгуют лицами некитиарского происхождения? — прорвалось наружу то, что мучило Коллингейма последние дни. — После секса со мной ты, случаем, полную санобработку не проходишь?
— Алекс. — Холодная рука Тайни сжала его кисть. — Я говорю об этой конкретной девушке.
— И чем тебе не угодила эта конкретная девушка? Ты же сама говорила, что ничто человеческое китиарцам не чуждо. Как мужчина говорю: это у Эмиля шансов не было.
— Ты считаешь ее настолько привлекательной?
Роул разжала руку.
— Ты что, ревнуешь? — фыркнул детектив.
— Умнее ничего не придумал? — отреагировала Роул, и сложила руки на груди с таким независимым видом, что Алекс с трудом удержал смех.
— Ты ревнуешь, ты ревнуешь, — повторил Коллингейм как дразнилку.
— Алекзандер, мы тут, кажется, расследованием занимаемся, — холодно напомнила Тайни.
Она направилась к двери блондинки почти строевым шагом. Видимо, тоже зафиксировала в памяти, куда девушка вошла. Дело не шло, с напарницей он поругался, но настроение у Коллингейма было просто замечательное.
Не дойдя до нужной двери несколько метров, Роул развернулась.
— И всё же, — будто отвечая на реплику детектива, проговорила она, стоило Алексу с ней поравняться, — объясни мне правила игры для медведей на веревке. Каких еще неожиданностей мне ожидать? В чем ты намерен обвинить наших ребят в этот раз?
По ее голосу было понятно, что за те полторы минуты, которые китиарка прошла в одиночестве, она уже успела себя накрутить донельзя. Ох, уж этот женский талант! А ведь каких-то полгода назад он считал эту девушку непробиваемой. Да что там полгода — еще в кабинете у Фита она представляла собой ледяное изваяние. А теперь того и гляди, дым из ушей повалит. Главное, чтобы она не растрескалась от такого перепада температур.
— Тай, но эта мысль возникла даже у Майера, — попытался детектив донести до напарницы очевидную мысль.
— Вик — провокатор, и ты повелся, как…
— Не нужно считать меня дебилом, — тихо произнес Коллингейм. — Я просто делаю то, чего от нас ждут. Создаю китиарцам дурную славу. И Фит будет не Фит, если через пару часов весь центр не будет в курсе версии с «нирваной».
— Обычно именно с этим я и борюсь.
— Сочувствую. Возможно, похитителям это доставляет особое удовольствие. Но, скорее всего, им по барабану. Они стремятся достичь своей цели любым способом.
— И что ты предлагаешь мне делать?
— Изображай стерву. Только не перестарайся. Просто веди себя, как обычно, — буркнул Алекс и направился к Данае.
