— Давай, я для правдоподобия легенды ему в челюсть дам? — предложил Майер китиарке, оторвавшись от ему одному видимого монитора.
Алекс от такой наглости аж опешил.
— Мужик, а ты не боишься нечаянно промахнуться и удариться о мой кулак? — спросил он.
— Коллингейм, не нужно недооценивать противников. Я неплохо боксирую, — возразил брюнет.
— Боюсь, мы в разных весовых категориях. Ты привык бить перчатками в капу, а я — ботинками в печень.
— Может, достанете и померяетесь? — вмешалась разозлившаяся Тайни.
— А у кого длиннее? — полюбопытствовал Майер, и у детектива появилось реальное желание ему врезать.
Роул глубоко выдохнула, вернулась к комму, сделала вызов и, хихикая, произнесла:
— Служба сервиса? Еду в номер можно заказать? Горячее. Отстань! — прикрикнула она неизвестно кому и звонко шлепнула себя по коленке. — Кому говорю! Простите, это не вам.
Далее она стала перечислять блюда, пересыпая речь смешками и извинениями. Напоследок Тайни попросила бутылку шампанского. Мужчины синхронно скривились.
— Ничего, рот прополощите и в унитаз выплюнете, — командирским тоном заявила Роул после того, как нажала отбой.
— Ну ты, мать, сильна, — выдал, присвистнув, брюнет.
— Оправдываю худшие слухи о Китиаре, — недовольно буркнула Роул. — А ты работай, работай. Все ждут только тебя.
Майер неожиданно расхохотался. Настолько заразительно, что Алекс к нему присоединился. И ничего, что в его смехе было что-то истеричное. Напряжение постепенно отпускало. Роул выразительно постучала пальцем по лбу и исчезла в направлении санблока. Вышла она через несколько минут, растрепанная, в коротеньком шелковом халатике, едва прикрывающем попу. Очень соблазнительную попу.
— Алекс, помоги мне, пожалуйста, — попросила она.
Коллингейм, отсмеявшись, встал.
— Что делать? — спросил он.
— Подойди сюда.
Алекс не понял, что именно от него требовалось, но подошел. Отчего не подойти-то? Тайни вдруг положила ему руки на шею, поднялась на цыпочки и впилась губами в рот. Целоваться на глазах у соперника было не очень, но Коллингейм быстро забыл, где находится. И о том, что в его объятиях женщина, которой нельзя доверять, он тоже забыл. Поцелуй был жарким и отравляющим, как солнце Атована.
— Вы там не слишком увлекайтесь, — раздалось со стороны дивана. — Тай, если хочешь, могу тебе засос поставить.
— Спасибо, не хочу, — отрезала Роул.
Раздался мелодичный звонок входной двери. Губы Тай раскраснелись, не оставляя сомнений в том, чем она только что занималась. Девушка опустила занавесь между комнатой и коридором и скрылась за ней. А детектив поспешил в ванную. Ему следовало освежиться.
Алекс сполоснул лицо холодной водой и посмотрелся в зеркало. Нормальный мужик. Симпатичный. Мужественный. Может же красотка-китиарка таким увлечься? Хоть немного. Или королева снисходит до урода-дауна только потому, что он нужен для дела? Нет, вот вытащит пацана, сдаст обоих Роулов на ближайший космолет до Китиары, помашет ручкой на прощанье и выкинет из головы к чертям собачьим. Заведет себе нормальную девушку. Может, женится. Еще же детей нужно обеспечить, пока под зад с работы не выпнули. Кровь постепенно оттекала к мозгу, возвращая ясность мыслям. Планы замечательные. Осталась сущая безделица — выжить. И спасти Эмиля с Эбигейл.
Когда детектив вернулся в комнату, там пахло едой. Настоящей едой, а не белковыми концентратами. И не фастудом. Как выяснилось, картины чужих страданий бессильны против подобных ароматов в войне за аппетит. Слишком давно Коллингейм не позволял себе подобных излишеств. И если китиарцы используют его, почему бы ему не поесть в охотку за их счет? Тайни, небось, спишет всё потом на представительские расходы. В любом случае, за еду уже уплачено.
Роул сидела в кресле всё в том же легкомысленном халатике. Интересно, для каких целей она его держит? Детектив одернул себя. Ясно, не для того, чтобы кутаться долгими одинокими вечерами. Китиарка подняла взгляд на Алекса.
— Я передумал, — заявил он, подкатывая к себе столик с едой. — Грех такое добро в унитаз выбрасывать, — добавил Коллингейм и быстро накидал в тарелку еды, пока не остыла. Впрочем, не успеет остыть. Он позаботится
— Ты там не сильно нажимай, — подал голос Майер. — Я уже практически… Вот! Милости просим.
— Ну, ты зве-ерь! — с досадой протянул детектив, отодвигая столик от себя, будто отрывая кусок от сердца. От желудка — точно. — Нарочно ждал?
Только…
— И как я должен работать? — дошло до Коллингейма.
Гарнитура — штука индивидуального пользования.
— Доступ настроен на твой комм. — Китиарец притянул столик, и Алекс попрощался взглядом с тарелкой.
К чертям секретность! Тем более что рядом с Виктором это слово теряло всякий смысл. Детектив быстро ввел идентификатор дела, нашел в папке заключение криминалистов и запустил воспроизведение. Изображение отключил. Он, конечно, человек, к трупам привычный, но не настолько, чтобы уплетать жаренное мясо при виде обезображенного человеческого тела. А аудиозапись у него аппетит не отобьет. Если же китиарцы — существа более чувствительные, то ему больше достанется.
