35 лет естественного счастья полностью

авторитарным стилем руководства, из всех шести

сменившихся за 35 лет деканов мог быть первым.

Внешность его была под стать характеру: высокий,

с правильными чертами лица и фигурой дискобола

из городского парка. Он был строг, на первое место

ставил деловые качества и открыто осуждал любые

вольные и невольные отклонения от генеральной

линии создания и развития факультета. «Ломать –

не строить», а уж тем более строить – не ломать.

Виктор Дмитриевич бросил все силы и своё здоровье на строительство совершенно

нового подразделения, взяв большую, как потом оказалось, неподъёмную часть нагрузки

на себя. Ветераны факультета до сих пор вспоминают фразу, которую он сказал прилюдно:

«Все нормальные люди работают, чтобы жить, а мы живём, чтобы работать». До самых

холодов он ходил в непрезентабельном плаще. Когда ему говорили, что пора сменить

плащ на пальто, уже холодно, он отвечал: «Не могу, студенты ещё не экипированы». В те

годы зимнюю одежду студентам-иностранцам, прибывшим из стран круглогодичного

лета, покупали централизованно, за счёт института – это и называлось экипировкой.

А потом разноцветные обитатели факультета гуляли по Ростову в уморительных

шапках-ушанках и стандартных советских пальто московской фабрики «Большевичка».

Ветераны также вспоминают, что Виктор Дмитриевич достал где-то к началу

задерживаемого отопительного сезона теплодуи – машины-механизмы, которые

гнали тепло (тогда и понятия не имели о сплит-системах!). Он установил их в

коридорах общежития, чтобы студенты из стран четырёхсезонного лета не мёрзли.

Факультетский Жванецкий Владимир Борисович Строев писал к одному из капустников:

«Скрежет, грохот, ржавый скрип и каменная поступь на лестнице. Что-то падает

с ужасным стуком – и сразу же вскрик: «Здравствуйте, Виктор Дмитриевич!». И мы

видим очень крупного человека с железной кроватью в руке, в добротном коричневом

костюме, слегка бежевом на локтях и коленях. Командорским шагом он отмеряет

лестничные марши, нагруженный отопительными радиаторами, трубами и шкафами,

письменными столами, пилами и разводными ключами». В принципе почти так и было.27

В одну из холодных зим началась эпидемия гриппа, многие иностранные студенты

болели. Декан распорядился первую учебную аудиторию факультета оборудовать под

изолятор. Окна утеплили одеялами, принесли обогреватели, и в первой постоянно дежурил

медицинский персонал. Здоровым студентам всем сделали профилактические прививки.

Жизнь студентов, забота о них у нашего декана всегда были на первом месте.Заместителем

В.Д. Кишко по воспитательной работе был такой же молодой, энергичный, невероятно

одарённый в самых различных областях искусства, а более всего – в сфере человеческих

отношений А.В. Яровой. Сегодня помощник депутата Государственной Думы РФ Анатолий

Владимирович Яровой вспоминает, рассказывая о безотказности и добросовестности людей,

в кратчайший срок выполнивших задания парткома РИСХМа (привожу отрывок из мемуаров

А.В. Ярового, так как они отражают атмосферу времени, в которой мы тогда жили, и суть

характера В.Д. Кишко глазами человека, находившегося с ним рядом):

« В канун подготовки к тридцатилетию Великой Победы в парткоме института было

принято решение о создании Комнаты боевой и трудовой славы. Члену парткома В. Кишко и

вашему покорному слуге была поставлена задача в кратчайший срок приступить к работе…

Работа была тяжёлой и физически, и интеллектуально, поскольку делалась впервые. Но к 9

Мая комната была открыта.

Главные же герои этого проекта – Кишко и Яровой – получили новое задание: создать

и возглавить подготовительный факультет по обучению иностранных граждан… Нам