Он шагнул вперёд, опустился на колени перед зверем из чьих-то фантазий, коснулся ладонью лба.
— Всё не так, всё не то… — голос его затих, чтобы мгновением позже зазвенеть по всему городу разом. — Ты уйдёшь в свой мир и там будешь спасён.
Сон лизнул ему руку. И тут же я увидел дверь. Пусть не мою, но зато к этой у меня был ключ.
Спустя миг сон исчез, а город, молчаливым кольцом каменных объятий сжимавший нас, словно нахмурился. Точно мы отобрали у него игрушку. Словно он не хотел отпускать сны.
— Он вообще никого не желает отпускать, ему одиноко, — поймал мою мысль Сонный лекарь. — Но ты не слушай его. Каждому — свой путь.
***
Следующий сон показался мне ростком дивного цветка. Лекарь коснулся и излечил его, мы открыли дверь, и цветок исчез.
Потом мы спасли бабочку, бьющуюся в пустом фонарном теле, затем — птицу в силках проводов. Сны обретали простую форму, понятную мне плоть, но я чувствовал — они больше, чем кажутся.
Сонный лекарь споро выполнял свою работу. Мы обошли едва ли не весь город, спускались в подвалы, поднимались по обрушивающимся под ногой лестницам на крыши. Мы видели так близко чёрное небо, в котором отчего-то не было звёзд, мы касались холодных камней. Но мне всё чудилось, что я тут — слишком твёрд, пока пластичная реальность перерождает себя.
И разве это не означало смерти?..
Наконец осталась лишь одна дверь. Сонный лекарь смотрел на меня устало.
— Ты тоже похож на сломанный сон, — сказал он. — Думаешь о чём-то, что растёт чернотой в груди. Такое бывает со сновидениями.
— Так может, я здесь всего лишь чужая фантазия? — мне хотелось бы улыбнуться, вот только это не прозвучало шуткой.
— Нет, ты снишь сам себя, зачем-то не выпуская из этой клетки. Посмотри, эта дверь — моя, не твоя. Но она последняя здесь. Значит, тебе нужно проснуться.
— Проснуться.
Я забыл как это. Понимание, знание ушло вместе с последними каплями, последними крохами солнечного света.
— Пожелай? — предложил Сонный лекарь.
***
Не так-то просто было открыть глаза. Я свернулся клубком, я обратился во что-то мягкое и не имеющее формы, я… пробуждался так долго.
Но потом послышались звуки — балкон был открыт. Почудился аромат кофе — кто-то, наверное, на кухне. И тело вдруг обрело очертания, налилось знакомыми ощущениями. Я смог открыть глаза.
У кухонного окна, удерживая совсем маленькую и хрупкую фарфоровую кофейную чашку, стоял Сонный лекарь. К его ногам жалась лисица, яркоглазая рыжая бестия. Мы нашли её там, среди руин.
— С пробуждением, — он не повернулся ко мне, а лисица тявкнула.
— Значит, я сам загнал себя в сон? — мне было почти смешно.
— Ты сам стал своим сном, — и тут он взглянул в мою сторону. — Но я умею лечить сны.
Теперь уже был его черёд исчезать. Я успел только перехватить хрупкий фарфор. Перевернув чашку на блюдце, в очертаниях кляксы от кофейной гущи я рассмотрел город, тот самый, что стал пересечением граней, перекрёстком, кладбищем и ловушкой для снов.
========== 116. Заклинатель волков ==========
Заклинатель волков был высок и плечист. Капюшон плаща затенял лицо, разобрать черты казалось почти невозможным, особенно в сумраке подступающей ночи. Он стоял на пороге трактира, где останавливались разные путники — и те, что блуждали между мирами, и те, что шли от поселения к поселению, предлагая товары, впрягаясь в любую работу или ища, где бы наконец-то осесть.
Заклинатель волков был одинаково чужим для всех здесь. Его дороги не пересекались с чьими-то ещё, его понятия каждому были равно чужды. Хотя я, да и прочие скитальцы между реальностями, мог понять его куда лучше тех, кто жил одним миром и только.
Сегодня Заклинатель пришёл не просто так, он негромко переговаривался о чём-то с трактирщиком. В этом селении трактир был сердцем, а его хозяин разбирал споры и улаживал проблемы. Его зычный голос, как бы он ни старался говорить тише, разбивал монотонный трактирный гул, обрывки слов ненадолго повисали во внезапной тишине.
— …волки… Да, неплохо… Это дорого… Ладно-ладно!..
Голоса Заклинателя, напротив, почти что не было слышно.
Наконец лицо трактирщика просветлело, похоже, они с Заклинателем всё же нашли компромисс. Они ударили по рукам, и вот уже трактирщик удалился за стойку, а Заклинатель уселся за столик в тёмном углу. Перед ним поставили тарелку с мясом и деревянную кружку с местным пивом.
Он ел, всё так же не снимая капюшона. Наблюдая за ним, я чувствовал, как в его жилах струится не человечья, но волчья кровь. Может ли он быть оборотнем? Или же просто перенял привычки волчьих братьев своих?
Ночь была тёмной — новолуние. За оградой поселения взлаивали и подвывали волки, подбираясь так близко, что начинали волноваться не только местные псы, но даже и сами люди, обычно не столь чувствительные к хищному зверю.
Возможно, Заклинатель появился здесь именно по этой причине, а может, деревеньке просто повезло. Было ясно только одно — уже сегодня, чуть время утечёт за полночь, Заклинатель отправится беседовать с серыми братьями. Расскажет им сказку.
