Местные жители спешили по делам, им, похоже, и дела не было до чужака, что бродил из квартала в квартал. Даже дети не отвлекались от своих игр. Но мне это было на руку, хоть и начала уже накапливаться усталость. Наконец я вновь оказался на стене, откуда сумел перебраться на крышу одного из зданий. Устроившись тут, в тёплом солнце и рядом с ветром, я решил немного передохнуть и просто полюбоваться.
Город был удивительный и прекрасный. Я вспомнил легенды о таких. В них говорилось, что некогда в мире проходила магическая война. Сражаясь, маги случайно оторвали несколько городов от земли, и те воспарили так высоко, что их невозможно оказалось вернуть.
Война прекратилась, но города всё парили и жили своей жизнью, почти не обращая внимания на суету внизу. Поневоле ставшие небесными жители, обрели своё понимание мира, стали спокойнее и мудрее, быть может, но почти не искали контакта с теми, кто всё ещё продолжал делить земли внизу.
Не имея никаких иных вариантов, эти люди учились овладевать воздухом и говорить с ветром и преуспели в магии настолько, что смогли достраивать города и создавать корабли, парящие в небесах так же легко, как иные ходят по морю…
В такой ли город забросил меня путь странника?
Мне не хотелось выяснять, я только наблюдал за течением жизни в городе, и мне было слишком хорошо, чтобы покидать его прямо сейчас.
***
В небесах вечер наступает много позже, чем на земле. Пока там, внизу, наползают сумерки, небесный град ещё ловит отблески зари, приукрашиваясь оранжевыми бликами и густо-синими тенями. Я хотел бы стать художником, чтобы нарисовать эти чарующие красоты, но краски мне не давались, потому я только смотрел и запоминал.
Жители возвращались в свои дома, там зажигались окна, и город расцветал тысячами огней, как будто распускались яркие золотые бутоны на дивном дереве. Наконец даже для парящего города солнце село, оставив на щеках небес быстро угасающий румянец зари, и на крыше стало холодно. Я спустился на улочки, где ещё текли тёплые ветра, и побрёл туда, куда тянул и звал меня внутренний голос.
Сперва мне показалось, что я отыщу кофейню для странников, но ничего такого, вместо уютного кафе я вышел в парк.
Сумерки тут были хрустально-лазурными, синева просачивалась сквозь кроны деревьев, текла над плиткой, выступала из боковых аллей. Такая же точно заполонила весь небосвод, сквозь неё тут и там проклёвывались бисеринки звёзд.
Я вышел к фонтану, чаша которого была переполнена водой, но ни из одного приоткрывшего каменный венчик цветка не лилось ни капли. И чем ближе я подходил, тем тревожнее мне становилось. Город был прекрасен, и всё в нём шло естественно и хорошо. Только этот фонтан отчего-то перестал работать. И вот это было совсем не правильно.
Никого рядом не оказалось, парк тонул в синих сумерках и тишине. Я опустил ладонь в воду и поразился тому, что она ничуть не холодная, а напротив, почти обжигающа. Отчего так?
Приглядевшись, на дне каменной чаши я заметил чёрно-алый кристалл. Он пульсировал светом, будто бы в нём билось причудливое каменное сердце. Мой внутренний компас уверял меня — нужно вытащить кристалл, унести его прочь, потому что не место ему в этом городе.
Сбросив куртку, чтобы не замочить рукава, я принялся шарить по дну, стараясь добраться до кристалла. Тот всё время ускользал от пальцев, точно и правда был живым и не желал оказаться пойманным. Когда я наконец-то смог его изловить, мне уже хотелось целиком упасть в этот фонтан.
Сжав камень, я не сразу решился раскрыть ладонь. Но он не собирался больше убегать, будто бы сдался. Я рассмотрел его переливы, такие неподходящие городу, где сумерки удивительно синие, и почти сразу ощутил, что здесь, внутри камня, и есть моя дверь. Стоило только вглядеться в него внимательнее, и иная реальность захватила меня. Почти исчезнув из этой, я услышал, как вновь заработал фонтан.
***
Небесный город долго ещё снился мне, то синий, то слишком белый, то в вихре розовых лепестков, но я так и не сумел найти туда дорогу. А вот алый камень, который стал мне выходом, остался лежать на каминной полке среди других безделушек, ключей от несуществующих дверей, медальонов, шкатулок и мелких вещиц, которым и названия-то не было.
Иногда я мечтаю, что этот камень всё-таки впустит меня обратно в мир, где корабли парят в облаках, но в глубине души мне, конечно, известно — небесный град не хочет никаких странников, он слишком далёк от всего этого и слишком хорошо умеет жить в гармонии с самим собой.
========== 154. Слова ==========
Внутри копились слова, как будто я, сам того не заметив, воздвиг для них плотину. Они заполнили память, желая выплеснуться и побежать раздольной и бурной рекой, сметая всё на своём пути. Они накопились в сердце, отчего то ныло, в лёгких, мешая дышать, копошились под кожей, вызывая мурашки.
Они жаждали рассказывать о моих воспоминаниях, о бликах света на зелёной ещё траве, о том, каким сегодня было небо, и даже о том, каким оно может быть завтра, в этом мире, в иной реальности, в пространстве между тем и другим.
