Первые его слова оказались далеко нелестными, кот, не стесняясь в выражениях, высказал своё мнение на счёт каждого из слуг, поимённо перечислил всех, кто как-либо был замешан в хищении государственной собственности, и недвусмысленно описал, что следует проделать с большинством министров. Королева выслушала его с живым интересом, осмотрела клипсу и сообразила, что это действительно не какое-либо передающее устройство. Заинтересовавшись, всем ли кошкам можно дать такое же право голоса, Атанаши позволила учёному мужу продолжать свои изыскания.
Спустя несколько месяцев все дворцовые кошки говорили, и говорили они без умолку. И королева не позволяла заставить их молчать. Имея отличный от человеческого разум, неподкупные никакими деньгами, кошки скоро стали идеальными государственными работниками. Так Йохан постепенно был смещён с важной должности в писари — ведь умные кошачьи с трудом овладевали письмом из-за строения лап, а затем и вовсе уволен — когда кошки освоили новомодные диктофоны.
***
Йохан раскурил трубку и подошёл к окну, новый день был в самом разгаре, а ему опять предстояло проскучать его дома. Скромное пособие помогало сводить концы с концами, но воспоминания о том, что он мог раньше себе позволить, терзали сердце. Да, он не сказал бы, что без кошек жилось лучше. По крайней мере, королевство в целом страдало много сильнее. Но лично он предпочёл бы вернуть тварям бессловесность.
— Что, опять бездельничаем? — голос был сварливо-ироничным.
— Чтоб ваша братия пропала, — выругался Йохан беззлобно.
— Ты хам, — парировал голос. В центр комнаты вышла чёрная кошка с чуть поседевшими кисточками на ушах. — Мне сегодня на службу к вечеру. Не отвезёшь ли меня?
— Кси, — Йохан повернулся и посмотрел на кошку. — Ты хоть помнишь, что эту несчастную клипсу тебе подарил я?
— Мне бы выдали её и так, — Кси демонстративно начала умываться. — Ты же знаешь, я хромаю на заднюю лапу. Отвези меня на службу.
— Отвезу, — вздохнул Йохан. — Знал бы я, что стану кошачьим извозчиком.
— Почётная должность, между прочим, — Кси фыркнула в усы.
Йохан ничего не ответил.
***
Он привёз Кси на службу и на руках внёс в кабинет. Иногда он чувствовал — кошке не хватает прежней жизни, когда её держали на коленях, а всех забот было — вовремя потребовать еды и уютно мурчать, лёжа на одеяле.
— Тебе не кажется, Кси, что вы начинаете очеловечиваться? — Йохан присел в кресло для посетителей.
— Мр? — Кси потянулась, выражая таким образом недоумение. — Вряд ли мы будем такими же, как люди, хоть когда-нибудь.
— Ну… — Йохан не договорил, махнув рукой. — Кто вас знает, кошек.
— Благодарю, что довёз меня. Могу, кстати, предложить тебе постоянную работу, — Кси не торопясь, обнюхала бумаги на столе. — У меня сегодня не так много неотложных дел, могу отвести тебя в отдел кадров.
— Что за должность? — Йохан чуть оживился.
— Распечатка для людей, видишь ли, нам-то печать без надобности.
— Да уж… — Йохан пожал плечами. — Ну уж лучше, чем совсем ничего.
***
Кси устроила всё быстро, и Йохан отправился домой с уверенностью, что с завтрашнего утра приступает к работе.
Решив лечь пораньше, Йохан даже не стал дожидаться возвращения Кси со службы, её должен был привезти специальный трамвай.
***
Проснулся Йохан в кресле у окна, на коленях, при попытке подняться, зашуршала газета. Йохан машинально поднёс к глазам развёрнутую полосу.
«Госпожа Кошка, служившая при дворе, была удостоена шапки чиновника пятого ранга. Маракеш Кошка отслужила короне пятнадцать лет…»
Рядом со статьёй расположилась и незамысловатая фотография госпожи Маракеш Кошка, статной седой женщины с тяжёлой челюстью и маленькими глазками. Йохан отложил газету на столик у кресла и встал, потягиваясь.
— Приснится же такой бред, — вздохнул он.
— Мр? — услышав голос хозяина, чёрная кошка вышла на середину комнаты.
— Эй, Кси, пора завтракать, что ли… — Йохан двинулся на кухню, а кошка помчалась за ним, не уставая мурчать и путаться под ногами…
***
Дорассказав мне историю, она откинулась на спинку стула, ожидая реакцию.
— А жаль, что это был лишь сон, — усмехнулся я. — Кошкам порой стоит говорить. И рассказывать.
— Всё-то ты знаешь, — она фыркнула. — Но история ведь не даёт однозначного ответа, что именно является сном.
— Верно подмечено, — я улыбнулся. — К тому же мы оба знаем, что…
— Тс-с! — строго сказала она. — Мы знаем, но не стоит так часто говорить об этом в мирах, которые к тому не готовы.
— Это ведь перекрёсток, — возразил я. — Здесь может происходить что угодно.
Она всё же не расслабилась ничуть.
— Странники всегда чересчур беззаботны. Чуть что, и они уже оказываются в ином мире. А мне вот такого не сделать.
— Не прибедняйся, сюда же добралась.
Она окинула меня презрительным взглядом.
— В любом случае, мне пора, — она чуть склонила остроухую голову. — Встретимся как-нибудь.
— Обязательно, — кивнул я ей, делая вид, что верю — она ни капли не странница. — Обязательно встретимся, Кси.
Чуть прихрамывая, кошка гордо прошагала к двери.
