- Вы должны мне рассказать об этой даме как можно больше, - потребовал он мрачно.
- Красива, - тонко усмехнулась Вилена, - умна, любезна, обаятельна, великолепна... но
не обольщайтесь. Она любит только женщин.
- Лесбиянка?
- Да. Иногда мне казалось, что она держит весь этот вертеп исключительно для себя.
- Вас она тоже... использовала?
- Почему использовала? Я была влюблена в нее без памяти. Мы все через это прошли.
- Такая роковая женщина?
- Пожалуй. После нее я не могу любить ни одного мужчину, - Вилена снова тонко
усмехнулась, - секс с мужчиной - это только работа. Не так ли?
- Понятно... Где она живет?
- У нее коттедж прямо в институтском городке. Я могу дать вам адрес, но вы к ней все
равно не попадете. Там охрана. А мужчин она не принимает.
- Не важно, - Эдгар уже чувствовал прилив энергии для прыжка, - давайте адрес.
Мирный покой остывающего на закате поселка сменился суетой институтского
городка. Что-то до боли родное было во всех этих запахах и разноликой толпе прохожих.
Что-то из ранней юности, когда дед еще здесь работал в отделе Кассиопеи. Эдгар
отдышался, вытер пот со лба и пошел вдоль тенистых лип давно знакомой улицы
Дружелюбия.
Забор у мадам был высоченный, в мелкую сеточку. Сквозь нее просматривались
ухоженные клумбы. Коттедж был типичный, двухэтажный, из белых в крапинку
стандартных блоков. Никакой охраны на горизонте не наблюдалось.
Он замер у забора, собираясь с мыслями. В это время над крышей завис скоростной
модуль, выпучил антигравитационные подушки и приземлился на стоянку за забором.
Эдгар наблюдал через сетку и розовый куст, что происходит.
Из модуля выскочил плечистый мужчина с кейсом. Он уверенно проследовал к дверям.
Его сразу впустили. И кто это сказал, что мадам Рохини не принимает мужчин?
Эдгар выпрыгнул уже под окнами, потом примерился и очутился уже внутри дома.
Голоса доносились со второго этажа.
- Два кофе, Берта. И бутылку алонского.
- 31 -
- Да, мадам.
Когда служанка скрылась на кухне, Эдгар поднялся по лестнице. Итак, он уже слышал
голос этой неприступной сводни, осталось только ее увидеть.
- Запись разговора я привез. А этот тип где-то через полчаса будет здесь.
- Ты уверен, что не раньше?
- От Лесного лететь минут двадцать, при условии, что у него свой модуль. На такси
еще дольше. Пока он соберется, пока отыщет ваш коттедж...
Эдгар так и замер на одной ноге. Говорили-то о нем!
- Хорошо, Чедд, включай запись.
Бедная соседка Вилена и не подозревала, что в ее скромном домике все
прослушивается. Очевидно, мадам Рохини очень боялась утечки информации, и это само
по себе настораживало. Эдгар на цыпочках подошел к полураскрытым дверям и сквозь
витраж заглянул в комнату.
Роковая женщина скорее напоминала рокового юношу. Она была в белоснежном
брючном костюме, высокая, тонкая, с широкими плечами, с короткой стильной стрижкой
черных волос. Он не видел толком ее лица, но сердце уже сжалось он недоброго
предчувствия.
Их разговор с Виленой записался с самого порога. Аппаратура у этой конторы была
сверхчувствительная. Мадам уселась для прослушивания на письменный стол, нервно
болтая длинной ногой. Чедд стоял рядом и все время кивал, неизвестно чему поддакивая.
Обоих хотелось распылить на молекулы.
Пока служанка заносила кофе, Эдгару пришлось спрятаться за угол, и он упустил
часть спектакля.
- К чему так волноваться, мадам? Собственно, она ничего конкретного не сказала. Да
и чем нам может помешать какой-то папаша с Пьеллы?
- Какой-то? Ты еще не понял, как мы влипли? Я знаю только одного папашу, у
которого трое детей, и все лисвисы. Такой придурок один во всей галактике, и мы с ним
прекрасно знакомы! Эдгар Оорл его зовут.
- Эдгар Оорл?!
- Советник по Контактам. Как вы могли взять его дочь на работу?!
- Но, мадам... кто же мог подумать!
- Проверять надо было! Сто раз проверять! Идиоты...
- Она не написала в анкете.
- И что?
- Кому же придет в голову, что у обыкновенной лисвийской девчонки, поступающей в
бордель, такая родня!
- Да, - усмехнулась мадам и спрыгнула со стола, - эта зеленая клякса не стоит такой
родни.
Она сунула руки в карманы брюк и стала нервно прохаживаться по комнате взад-
вперед. Шаги были широкими, мужскими, но бедра раскачивались чисто по-женски. Когда
она подошла совсем близко к дверям, потрясенный Эдгар, наконец, увидел ее лицо,
холеное, сурово-красивое, темноглазое, с тяжелым подбородком лицо Оливии Солла. Он
чуть не вскрикнул от неожиданности.
- Но как он узнал, Чедд? Разве эта ящерка уже работает?
- Да. Оказалась очень способной.
- Срочно отчислите эту «способную» за нарушение режима.
- Слушаюсь.
- И принесите мне список всех, кого эта поганка успела обслужить. Мне вовсе не
нужны скандалы с ее папашей.
- Кстати, ему уже пора бы появиться, - заметил Чедд, - вы готовы, мадам?
- Готова, - усмехнулась эта сводня в белоснежном костюме, - и даже к тому, что он
