- Пожалуйста, - буркнул он и поплелся за ней в прихожую, - все я понял. Я даже могу
называть тебя «тетя Скирни». Хочешь? Тебе так приятней будет? Могу даже на «вы». Я
мальчик воспитанный... А без шарфа все равно не пущу. И без шапки.
Она повернулась и покачала головой.
- Какой же ты зануда, Льюис Оорл!
- От зануды слышу, - отозвался он
- Ну что мне с тобой делать? - вздохнула она улыбаясь.
- Ничего, - сказал он, - терпеть, тетя.
И принялся укутывать ее шарфом.
Было темно и сыро. Мокрый снег чавкал под ногами и лип к лицу. Кондор встретил их в
вестибюле главного корпуса и увел ее с собой, чистенький, гладко выбритый, почти
прежний, только слегка постаревший доктор Кондор Индендра. Он первым из них троих
вернулся на свое место в жизни. С отцом помирился, жену его признал, даже ее кита лечить
начал, но поселился отдельно. Где-то совсем рядом с больницей и со Скирни. Телохранитель
номер два!
- 521 -
Льюис смотрел им вслед и чувствовал пустоту и одиночество. Она не сказала, когда ее
забрать. Сказала, что позвонит. Впрочем, часа три-четыре у него было совершенно точно. Он
отправился в Центр Связи.
Аппиры встретили его вежливо и настороженно. Не знали, чего ждать от бывшего
директора. Новый директор - госпожа Рохини, бывала тут только периодически. Замещал ее
Тургей Герсот, бывший главный конструктор временной установки.
Часа два он и его помощники рассказывали Льюису, как тут все изменилось за
пятнадцать лет, и, чем больше он слушал, тем меньше ему хотелось во все это вникать.
Скирни оказалась права: он не ученый и не администратор. Он слишком мягок, чтобы
руководить и слишком бездарен для науки. Однако, знакомые стены что-то тронули в его
душе.
- Знаете что, - сказал он наконец, - я тут один поброжу, осмотрюсь, а вы занимайтесь
своим делом. Не обращайте на меня внимания. Хорошо?
Никто не возражал. Бывший директор слонялся по этажам, закоулкам и лестничным
пролетам, и его даже не все узнавали. Много было новеньких. Потом он уже не помнил,
каким ветром его занесло в лабораторию Навлика Ондра, помнил только, что в совершенно
растроганном и ностальгическом настроении, располагающем к написанию стихов, оказался
перед раскрытой дверью.
Моргали объемные диаграммы. За столом спиной к нему сидела девушка-одуванчик,
белокурая, хрупкая, в сером, грубо связанном свитере. Ему показалось даже, что это
Анастелла. Конечно, это не могла быть Анастелла, и бабочек она не рисовала, а что-то
писала в толстом журнале, но ощущение было то же самое - предстоящего чуда. Он еще не
видел ее лица, но почему-то знал, что оно прекрасно.
Оно оказалось еще прекраснее. Небесной голубизны глаза кротко и нежно взглянули на
него из-под пушистой, детской челочки. Розовые губы улыбнулись.
- Вам кто-то нужен? Все в подвале на испытаниях.
Он онемел. Он ничего не мог сказать, а девушка терпеливо и приветливо продолжала на
него смотреть.
- Кого вы ищете?
- Кажется, вас, - пробормотал он.
- Меня?
- Простите, - он зашел и сел рядом на стул, - я в очень странном состоянии...
- Что-то случилось?
- Возможно. Пока не понял.
- Хорошо. Посидите спокойно, а я принесу вам воды.
- Нет! - Льюис даже испугался, - не надо! Прошу вас, не исчезайте. Скажите, кто вы?
- Ора Ондра. Я здесь не работаю, просто помогаю отцу.
- Навлик Ондра - ваш отец?
- Да.
Льюис вспомнил уродца Навлика, который, кажется, совсем недавно подписывал у него
заявление об уходе.
- Воистину, чудеса случаются с аппирской генетикой, - сказал он изумленно.
- Вы тоже мало похожи на аппира, - заметила она.
- Я землянин. Льюис Оорл.
Ора улыбнулась.
- Ну тогда все понятно.
- Что понятно?
- И ваша «белая сирень», и ваше состояние. Вы ведь только что из пошлого?
- Мне кажется, что я опять в прошлом. Только в своем.
- Я вам кого-то напоминаю?
- Да, - сказал он, - мечту.
Мерцали в объемах цветные диаграммы моделей, девушка смотрела на него нежными
голубыми глазами. Только что такая небесная голубизна была в глазах у Ириды, и такое же
неземное, хрупкое в ней было совершенство. И только что Ирида пророчила ему ту самую
- 522 -
встречу, когда все сразу встанет на места, и не будет никаких сомнений. Что ж, она богиня, ей
виднее.
Молчание затягивалось.
- Мечты должны сбываться, - сказала Ора тихо, - ведь это так просто, Льюис Оорл.
- Значит. . я могу тебя поцеловать?
- Разве об этом спрашивают?
- Я всегда все спрашиваю. Вот такой я идиот. .
*************************************************
Молчун уснул. Скирни прикрыла ему веки и погасила свет. Дежурное освещение не
требовалось, одна стена была полностью экраном компьютера и отражала в цвете все его
состояния. С тоской и горечью Скирни подумала, что однажды придется отключить и ее. И
наступит полная темнота.
- Спокойной ночи, Молчун. Спи спокойно. Я всегда тут, рядом.
- Пойдем, - сказал Кондор шепотом, - у него все в порядке. Проспит часов пять, не
меньше.
- Ты иди, Кон, - ответила она, - а я еще с ним посижу.
