- Его нельзя спасти, - сказала Скирни, пораженная таким поворотом дел, - он обречен.
- Что ты понимаешь! - сверкнула дьяволица черными глазами, - жалкая оринейская
докторишка! Кто ты такая, чтобы заявлять такое?!
Скирни даже не обиделась, ее слишком огорчало то, что случилось с Молчуном.
- Это не мои слова, - объяснила она, - это Ирида сказала родственникам.
- Да? И что же она сказала?
- У Сиргилла разрушено тонкое тело. А более тонкие все равно без него распадутся,
когда он умрет. Произойдет полное разрушение. Это хуже смерти.
Известие, видимо, произвело ужасное впечатление на Сию. Она сначала вытаращилась
как безумная, потом медленно опустилась перед кроватью Сиргилла на колени и взяла его за
руку. Ее скорбная поза тронула Скирни, тем более, что и сама она готова была над ним
разрыдаться. Ей показалось, что они уже больше не соперницы.
- Леций пытается что-то придумать, - сказала она в утешение, - но я не знаю...
- Да что он может, ваш слюнтяй Леций! - чуть не взвыла Сия, - что он может придумать?
Ему даже в голову не придет, что надо найти донора. Да-да! Донора! Надо найти тонкое тело
и отдать Сиргиллу. Вот и все! Только для этого нужно всего-навсего кого-нибудь убить!
- Разве такое возможно? - совсем растерялась Скирни, - даже Гева об этом не говорила.
- 524 -
- Гева просто не хочет никого убивать. Это опять придется делать мне. Да, мне, черт
возьми! Кому же, если не мне? Кто еще спасет тебя, папа...
Скирни показалось, что она плачет. Странная была женщина: жестокая и ранимая
одновременно. Сильная и слабая. Со своей какой-то чудовищной правдой.
- Знаешь что, - предложила она Сии в порыве жалости, - если это действительно так...
если Молчуна можно спасти таким образом... тогда убей меня. Я сама согласна. И никто
больше не пострадает. Убей меня, Одиль.
Та обернулась к ней с надменной усмешкой. Она вовсе и не плакала.
- Ты неисправима, сестрица Скирни. Последний кусок - собаке. Все свое время -
пациентам. Свою жизнь - чужому дяде! Смотри, так и умрешь где-нибудь под забором, если
будешь так к себе относиться. Только мне твоя жалкая жизнь ни к чему. Как ты можешь быть
донором для самого Сиргилла Индендра, дура? Как ты смеешь мне такое предлагать? Мне
нужен Прыгун!
- Прыгун?!
- А как ты думала?
- Господи, неужели ты хочешь убить кого-нибудь из родни?
- А чем я до этого занималась?
Газа ее хищно и злорадно сверкнули.
- Ты больная женщина, Одиль, - сказала Скирни потрясенно, - душа твоя больна, а сама
ты чудовищно несчастна. Я не знаю, кто в этом виноват. . но мне тебя жаль.
- Ты еще смеешь меня жалеть? - прошипела Сия, - ты, ничтожная оринейская подстилка?
Я могла тебя убить сто раз! Но я этого не сделала. Только не думай, что ты меня растрогала
тем, что порхаешь над моим отцом. Нет! Просто мне вполне хватает того, что ты несчастна.
Ты всю жизнь будешь несчастна, тупая оринейская выскочка, всю свою серенькую жизнь,
которую действительно не жалко.
Скирни себя несчастной отнюдь не чувствовала, ее просто покоробил тот поток грязи,
который лился из уст этой благородной на вид дамы.
- Это ты несчастна, - ответила она, - в твоем мире можно просто задохнуться. Ты всех
делишь на достойных и недостойных, тех, кто угоден тебе, и тех, кто не угоден, и даже твоя
любовь больше похожа на ненависть. Это ты никогда не будешь счастливой, Одиль, хотя
очень, очень этого хочешь.
- Что ты понимаешь в любви? - Сия встала во весь свой рост, Скирни была не маленькая,
но та смотрела на нее сверху вниз, - тебя подобрали как собачонку, ты и рада! У тебя и
выбора-то не было, просто повезло как идиотке! Что ты знаешь о любви, мышь больничная?
Настоящая любовь способна на все. На все! Даже запачкаться в грязи, чего вы все так
боитесь. Если нужно убить, чтобы спасти моего отца, я это сделаю. Потому что это мой отец!
И я люблю его... Но тебе этого не понять. Ты всего лишь жалкая рабыня, ею и останешься.
На великие поступки ты не способна. Разве что сухарем поделиться.
- Возможно, - не стала спорить Скирни, - но при этом я счастливее тебя.
- Ты?!
- Да я.
- Ты? Счастливая? - Сия наступала на нее, она невольно пятилась к стене, - да ты просто
дура, Скирни! Кому ты тут нужна?! Купила свадебное платье и возомнила себя невестой?
Идиотка оринейская! Льюис по доброте своей и мягкости не может от тебя отделаться, а ты
решила, что он тебя любит?! Ты его плохо знаешь, а вот я его знаю прекрасно. Хочешь,
скажу, что он сейчас делает? Вот сейчас, пока ты тут втыкаешь капельницы?
- Прекрати, Одиль...
- Он целуется с лаборанточкой из Центра. Со всей страстью своей романтической
натуры. Как раз с такой куколкой, какие ему всю жизнь и нравились! Одну такую дуру он все
таскал к себе в комнату у меня за стенкой, спать мне не давали...
- Замолчи!
- А уж как на него вампирки вешались!
- Замолчи сейчас же!
- 525 -
- Ха! А я-то чуть было не поверила, что у вас продолжается роман! И правда, чуть тебя
не придушила прямо в спальне... но теперь все ясно. Живи спокойно, Скирни Оорл. Живи и
