герой-любовник. В общем, отстал совершенно безнадежно.
- Ты расстроен?
- С чего бы? Радоваться надо. Все теперь понятно. Займусь своим делом наконец.
- А... девочка?
- Что девочка?
- Ты ее так и оставил?
- Конечно. Чего ж еще? Да все это несерьезно, Скирни. Зачем мне девочка? Я же не
подросток.
Кажется, она не знала, что на это ответить. Сидела и смотрела на него широко
раскрытыми глазами.
- А потом я вспомнил, что у нас нет молока, - добавил он деловито, - и потащился в
ночной супермаркет. Вот, смотри: рогалики, йогурт, колбасина копченая, чипсы...
- Совсем ты, оказывается, не романтик, Льюис Оорл, - сказала Скирни, качая головой, -
променял девушку на магазин.
- И не говори, - согласился он, - такой вот приземленный тип оказался. Я еще крем тебе
купил ореховый, твой любимый. Целую банку.
- И всю - мне? - улыбнулась она с грустью в глазах.
- Кому же еще?
- Вот эту?
Он заметил, что рука ее дрожит. Скирни подержала банку и поставила ее на стол.
- Спасибо. Я завтра попробую.
- Почему завтра?
- Мы только что чай пили с Кондором.
Звучало это не слишком приятно. И вообще, выглядела она сегодня как-то странно: то ли
растерянно, то ли растроенно, то ли виновато.
- Куда он, кстати, делся? - спросил Льюис недовольно, - почему одну тебя оставил? Это ж
вопиющее нарушение инструкций!
Скирни посмотрела на него и покачала головой.
- Это уже не нарушение. Ничего этого больше не надо, Льюис.
- 527 -
- Как это не надо?
- Наша затея провалилась.
- Провалилась?..
- Да. А Кондор во дворце, докладывает Лецию. Вот так.
Как-то странно и невероятно было все это слышать. Только что была одна реальность, а
теперь, стало быть, уже другая?
- Что значит, провалилась? - нахмурился он.
Скирни почему-то встала, нервно поправляя пояс халата, хотя говорить старалась
совершенно спокойно.
- Это значит, что мы ошиблись. Сия не собирается меня убивать. У нее другие планы,
гораздо ужаснее.
Он настолько этого не ожидал, что просто тупо повторял за ней ее последние слова.
- Другие планы? Ужаснее?
Собственно, куда было ужаснее?
- Она собирается убить кого-нибудь из родственников, - сказала Скирни огорченно, - уж
лучше бы меня убила... но моя кандидатура ей не подходит.
До него постепенно стало что-то доходить.
- Постой... ты что, видела Сию?
- Да. Я встретилась с ней в палате Молчуна.
Тут он просто ужаснулся, несмотря на то, что она сидела перед ним живая-невредимая.
- О, господи, Скирни... как это могло случиться?!
- Как всегда, неожиданно, - вздохнула она, - разве можно все предусмотреть?
- А где был Кондор?!
- Вышел. Я сама его попросила.
- Скирни, да ты что?!
- Сама виновата, знаю. Но ничего же со мной не случилось.
- Конечно! Только ты вся дрожишь! Господи ты боже мой...
Он вскочил и прижал ее к себе, все еще в шоке оттого, что с ней могло что-то случиться.
- С ума сошла! Ты же знаешь, кто она такая! Сегодня не хочет тебя убивать, а завтра
захочет. И что?
Когда-то она и до подмышки ему не доставала, приходилось поднимать ее, чтобы
поцеловать, или шепнуть что-нибудь на ухо, или заглянуть в глаза. Сейчас можно было
просто наклонить голову. Ее лицо было рядом.
- И что? - повторила она.
- Опять без жены останусь, вот что. Я что, железный?
- Какая из меня жена, Льюис, что ты говоришь?
- Ужасная, - не стал он спорить, - готовить не умеешь, тарелки не моешь, спишь в
халате… Не хватало еще, чтобы ты оказалась мертвая. Ты мне живая нужна, понятно? Никуда
больше одну не отпущу!
Скирни потерлась щекой о его свитер. Это было во сто крат острее и слаще, чем
романтический поцелуй с ангелоликой девушкой Орой, которой он, впрочем, был премного
благодарен за избавление от иллюзий. Он все понял, пока ее целовал. Понял, что это не то,
совсем не то, даже не интересно. И все наконец встало на места. Он был нормальный. Он
любил ту женщину, которую любил, как бы она ни изменилась, как бы его ни путала своим
возрастом и не отталкивала.
- Льюис... - Скирни прижималась к нему, совершенно не собираясь его отталкивать, - как
раз мне-то ничего и не грозит. Зря ты так переживаешь. Сию волнует только состояние
Сиргилла.
- Да?
- Да. А наш роман ее совершенно не волнует. Она в него не верит.
- Не верит? - удивился Льюис, с наслаждением целуя ее в волосы, - глупость какая…
Потом он выслушал всю историю подробно. Про бредовые идеи этой дьяволицы,
которую он когда-то считал своей подружкой Олли, а потом своей младшей сестренкой. И
больше всего ему было досадно, что весь этот поток грязи обрушился на бедную Скирни.
- 528 -
Они сидели в гостиной на диване, он обнимал ее осторожно, интуитивно понимая, что
не все так просто, нельзя трогать этот халат, нельзя обрушиваться на нее с поспешностью
изголодавшегося бродяги, нельзя переступать какую-то черту, за которой она просто
деревенеет. Это его не пугало. Он все равно был счастлив оттого, что все встало на места,
оттого, что он смог об этом сказать, и оттого, что она не вынимала свою руку из его руки.
