Быстрыми движениями он начал вскрывать тело, после чего обнажил одну почку. Чистую почку, окружённую этой плесенью.
– Как это понимать? – удивился Аркаций. – Почему плесень не тронула её?
– Она тронула. Но отступила, – объяснил я, после чего начал сжигать свои руки до костей, вместе с плесенью.
– Я считаю код, – произнёс генетор, взявший почку.
– Нужно пересадить её другому, – заявил я, отращивая себе новые кости, уже из хрусталя. – Также нам понадобится много таких почек.
Все посмотрели на генетора, тот посмотрел в ответ, после чего кивнул. Адептус Механикус были крайне консервативны и клонирование, пусть даже одного органа, считалось... считалось тем, из-за чего на Марсе постоянно спорили и кричали. Впрочем мы собирались заниматься не совсем клонированием, а скорее искусственным выращиванием такого же, но с учётом особенностей организма-носителя. Как и сам рост происходил внутри биологической оболочки, в частности, внутри тела самих реципиентов.
Под строгим контролем мы начали проводить весьма жуткие и опасные эксперименты. Однако были ли среди нас те, кто не хотел рискнуть? Нет, конечно же нет, сами Тысячи Сынов и так уже зашли очень далеко с магией, утягивая других на ту же дорожку. Потому во главе всего встала лишь цель по исцелению больных, во имя которой затихли голоса гуманности, этики и морали.
В процессе жутких преобразований тел, никто толком и не заметил того, что творим мы. Все улики сжигались и уничтожались, разбираться с каждым заражённым тоже никто не захотел. Да и зачем? Там зачастую просто комья плесени оставались. Никакого контроля толком и не было, а тех кто приставил ко мне Орсис уже давно охватил азарт исследования, что тёк от меня.
Так я думал, когда в наших руках оказалось три ДНК тех, кто хотя бы частично смог защититься от болезни. Если бы каким-то образом мы могли бы дать им больше времени, то в перспективе их иммунитет сам бы решил задачу, которую решали мы.
– Этих всех на органы, – уложив пачку с документами пациентов, объявил я. – Будем менять органы в прошедших отбор до тех пор пока...
– Как это понимать?! – внезапно раздался голос Орсиса, а я осознал, что слишком долго не слушал нравоучений Аркация.
Оглядев всё происходящее, Орсис пришёл в праведный гнев. Аркаций же стоял рядом с ним и без какого-либо сожаления смотрел на нас. Себя предателям он явно не чувствовал, ведь это не он решил поиграть в бога. В бога, который вдруг начал решать кто из пациентов достоин шанса пожить подольше, а кто станет донорским мясом для подопытных крыс.
– Вне сомнений я ожидал подобного от него, – указав на меня, произнёс Орсис. – Но от вас всех... никто не имеет права решать кому жить, а кому нет. Человеческая жизнь бесценна, как и выбор человека стоит во главе Имперских Истин. Но что делаете вы? Устраиваете то же, что устраивали тираны Древней Терры, уподобляясь сумасшедшим колдунам, которые не знают меры.
– Бесценна? Не будь лицемером, Орсис! – рявкнул я, вставая на пути имперских солдат, что косо посмотрели в сторону моих пациентов, подопытных, да называйте как хотите, но в первую очередь это был ключ к решению проблемы. – Империум ради Великого Крестового Похода перемалывает миллиарды жизней, как и вербовки в Имперскую Армию проходят исключительно принудительно! Устанавливаются нормы и планы для миров, где не видя солнца прямо за станками погибает ещё больше, чем на фронте! А уж какой ценой подпитывается Астрономикон ты и сам знаешь лучше других!
– Император сделал это временно! Вскоре он найдёт альтернативу! – закричал в ответ и Орсис, возмущённый содеянными нами и моим поведением в частности.
– И мы делаем это временно! Только в моём случае временно измеряется не десятью тысячелетиями, а максимум месяцем! Альтернатива уже в наших руках, осталось только довести её до ума!
– Порождение варпа! Ты не знаешь меры и жаждешь всегда большего! Ты убьёшь всех ради своих личных целей! – отодвинув имперских солдат, Орсис вышел вперёд и направился ко мне с целью сделать то, что надо было сделать давно.
Однако едва он взмахнул посохом и поднял ветра эмпириев, как на мне разорвало одежду. Халат превратился в труху, а сам я встал в защитной стойке. Но Орсис почему-то не продолжил атаку, после чего замер сам и замерли все. Через секунды даже самые слепые начали подмечать причину такого поведения, а именно моё тело. Вернее тело, которое я забрал силой, чтобы почувствовать себя живым.
Внутри него тоже бились новые органы, ведь взаимодействовать со своим организмом было куда проще. И прямо сейчас я сам боролся с болезнью, дабы найти эффективный и доступным другим способ её победить. Наверное именно это и повлияло на Орсиса, который не ожидал, что я настолько фанатично преследую поставленную цель.
– Хотите продолжать исследования? – оглядев всех нарушивших запреты, спросил Орсис и голос его был переполнен едва сдерживаемым гневом. – Продолжайте и ставьте на кон свои жизни. Но только свои. Других на дно не тяните. Ваш приговор будет оглашён позже, а изменить его может только ваш успех.
