Своей выходкой Магнус подставил весь легион, вскрыл тот факт, что он сам нарушал заветы отца. Но хуже всего было то, что вместо того чтобы начать что-то менять... Магнус заперся и не выходил на контакт даже со своими сыновьями. В это же время надо было что-то делать и Тысяча Сыновей созывалась Ариманом домой, дабы найти решение.
Вместе с этим, несмотря на казалось бы грозящее наказание и всю сложность ситуации... исследования конкретно в нашем флоту продолжились. Гринваль даже наоборот снял с меня ещё некоторые ограничения, пока сам активно пытался понять природу артефакта, с заключённым в нём Словом. Как и обучение боевым навыкам тоже шло вовсю, словно бы... словно бы уже сейчас многие из Тысячи Сынов предчувствовали битву и готовились защищать себя.
Было ли это предательством? Или просто обнажились воспоминания из прошлого, когда два легиона были уничтожены Императором за неисполнительность и предательство? Фатализм лёг тенью на весь легион, но была ещё жива надежда на то, что удастся решить всё миром. Всеми силами Ариман пытался достучаться до отца, найти способ исправить содеянное и хоть как-то оправдать себя в глазах Императора.
– Просперо... Город Солнца... – произнёс я, выходя из шаттла и глядя на мир, что был вовсе не таким, каким я ожидал его увидеть.
Шокирован был и Аркаций, который стал спустя столько времени ещё более мрачным и тихим. Это происходило из-за меня, ведь я был привязан именно к его душе, невольно подпитываясь им. Через него шла огромная нагрузка, и один год шёл в его случае за пять или все десять. Невероятной тяжестью сдавилась его душа и из-за лицезрения родного мира, что готовился к самому худшему.
Обвинительное воинство уже собиралось, а указ об Осуждении Магнуса и Тысячи Сынов был издан в тот же день, когда Магнус Красный собрал лучших колдунов и капитанов для проведения обряда. В их число не вошёл ни Орсис, ни Гринваль, другие же в нашем флоте были и того слабее. Потому разобраться в настроениях и позициях сторон, в том чего же всё же желал сейчас Магнус ещё предстояло.
Благо чуточку времени до Сожжения Просперо у меня было, ведь хоть мы и сами задержались, но также надо было понимать – даже просто Сбор Обвинительного Воинства займёт долгие месяцы, после чего последует выдвижение в точку сбору с легионом Космических Волков и только затем выдвижение уже в сторону Просперо. Это всё время... время, которое мне надо было использовать на максимум.
И хоть солнечным Просперо не был, как и вместо радости здесь воцарилась печаль и уныние, но библиотеки с сокрытыми знаниями... этот камень со словом Энунции... я просто обязан был дотянуться до этих знаний, чтобы унести их собой в будущее и использовать их для спасения своего мира. Да вот только...
Несмотря на свои укрепившиеся позиции среди Гринваля и других космодесантников, с которыми я тренировался. Появление моё на Просперо было принято в штыки и самые скверные подозрения на мой счёт быстро дошли Аримана, не только лучшего ученика Магнуса, но и уважаемого всеми братом, главным библиарием всего ордена, к мнению которого прислушивались все.
И с учётом поникшего и замкнувшегося в себе примарха Магнуса, который смиренно ждал своей судьбы и не собирался ничего делать, вся тяжесть легла в первую очередь на Аримана. Главному библиарию фактически пришлось взять на себя всю ту ответственность, что нёс ранее Магнус. И это ноша была довольно тяжкой, много Ариман не успевал, а принимать судьбоносные решения...
Это всё же было не в его власти и потому он раз за разом пытался достучаться до отца, пытался говорить с ним, что надо что-то делать, может быть даже готовится к обороне, но тщетны были все попытки и по большей части легион был предоставлен сам себе. А весь тот раскол, который образовался из-за Никейского Эдикта, лишь усиливался, как и споры между братьями становились всё более яростным. В том числе и вокруг меня, сущности варпа.
– И что? Да, он опасен, но тот факт что он стоит с нами и помогает нам доказывает лишь то, что Гринваль и Орсис нашли на него управу, – жёстко и тихо, с пассивной агрессией и презрением к другим оппонентам говорил один из уставших братьев. – Или мы уподобимся Императору и покараем наших братьев за то, что они добились большего успеха, чем мы?
– Ещё неизвестно чего они добились. И возможно нам лучше помочь им, чтобы они не повторили наших ошибок, – отвечал один из капитанов, что был там, когда Магнус нарушил планы Отца и ныне готовился сложить свою голову, в надежде что это уймёт Гнев Терры и позволит спасти других братьев, что не были участниками этого обряда. – Нам надо смириться и покаяться.
– Решение Император уже вынесено, его мы не изменим, – издалека начал говорить Гринваль, пока все смотрели на меня, стоящего в центре под их строгими взглядами. – Однако у нас есть возможность сделать нечто... нечто, что всё же докажет нашу способность контролировать знания. Вместе с покаянием мы предоставим Империуму дар, тем самым даровав ему силу, пусть и сами ответим головами за содеянное. Вместе, как единый легион.
