Немного подумав, Аркаций всё же снял свой сбойный механизм ликвидации, после чего облачился в моё изобретение, которое вряд ли найдёт широкое магическое применение. Гипотетически он мог бы пригодиться колдунам, что призывают демонов, но Инквизиция никогда в жизни не позволит столь слабом псайкеру призвать столь сильного демона, а колдуны Хаоса... у тех либо штуки и получше есть, либо они самоучки, которые не задумываются о проблемах такого рода.
– А теперь... теперь мы начинаем поглощать энергию... – произнёс я, вонзая последний штырь прямо в пол и включая его. – Видишь, работает! Надо только теперь их на шпили поднять и на вершины пирамид, чтобы покрытие увеличить.
– Тебе настолько много энергии надо?
– Когда начнётся бой, я хочу успеть посетить ваши библиотеки.
– Бой?
– А-а-а... мы же с тобой об этом не говорили... – вспомнил я, совсем поглощённый повторяющимися днями исследований, не видя солнца и не понимая какое сейчас время. – Просперо будет уничтожен, этого не изменить.
– Откуда ты знаешь? Почему говоришь с такой уверенностью?
– Я уже говорил – в варпе время идёт иначе. Всё что происходит здесь и сейчас... оно уже случилось.
Лицо Аркация помрачнело ещё сильнее, он конечно душой и так знал правду, но признавать её не хотел. И окончательно разбитый, уставший от заточения и бледный из-за того, что не видел долгое время солнце... он просто выронил из рук свиток и сел на стул, закрыв глаза.
– А если... если переместить эти твои артефакты на шпили и вершины пирамид? Может тогда...
– Нет, Аркаций, будущего изменить, как и тебе не стоит совершать сделок с демонами. А я именно, что демон, сущность варпа, один из того хора голосов, что сводили с ума Терру и множество других миров. Опасная тварь, которая... которая очень хочет попасть в библиотеку, потому что знания сокрытые здесь, они... они будут навеки утрачены. А мне очень нужны знания.
– Зачем?
– Чтобы спасти свой мир. Если быть вернее – миры. У меня тоже своя планета есть, по иронии судьбы меня там тоже зовут Королём Колдуном, прямо как Магнуса. И прямо сейчас их терзают твари... твари... ай, долго рассказывать...
Устало вздохнул и я, после чего отвлёкся от своей работы и решил передохнуть. Говорил с Аркацием я максимально честно и правдиво, понимая что это лучший из возможных стилей общения с ним. Он это чувствовал, понимал и возможно из желания помочь мне спасти мой мир, позволит или даже поможет сам как-то добраться до этих библиотек.
Впрочем, на данный момент Аркаций ничего не ответил, сдерживая в себе гнев и готовясь к принятию.
– И как он умрёт?
– Мало что известно в будущем о случившемся здесь. Однако по каким-то причинам связь будет нарушена и Магнус не захочет её восстановить, после чего Леман Русс решит, что предательство уже свершилось. Снова.
– Снова?
– Пф-пф-пф... знаешь, в каком-то смысле и хорошо, что вы все не доживёте до Осады Терры предателями.
– Империум Предадут? Но кто?
– Половина примархов.
Признаться, после этих слов я ждал очень бурной реакции. Ведь примархи уже считались полубогами и даже просто намекнуть на теоретическую возможность их предательства могло стать причиной, что тебе разобьют голову. А уж если сказать что-то про Хоруса... там вообще можно огрести ещё больше, потому что его же сам Император лично поставил, это его любимый сын.
Однако Аркаций принял эту новость... довольно спокойно. Вероятно из-за того, что он и так уже лично наблюдал за тем, как всё же не идеален сам Магнус Красный. Ну и среди примархов помимо всеми любимого Сангвиния и Хоруса были так-то ещё и... Кёрз с Ангроном например.
И с учётом того, что существовали два Забытых Легиона... как бы два плюс два сложить можно и предположить, что рано или поздно того же Кёрза лучше будет утилизировать от греха подальше. Ну или он сам себя утилизирует, нарвавшись на гнев Отца после очередной резни.
От того ещё обиднее было то, что именно Магнуса хотели наказать, именно Магнуса судили и... нет, серьёзно, Повелители Ночи буквально устраивали самосуд уровня – убить всех, потому что все грешники. Но почему-то разговоры шли о том, как много жертв может быть, а может и не быть из-за исследования варпа. Ангрон буквально убивал своих же сыновей, просто... просто потому что был невменяем, но наказание и запреты накладывались опять же на Магнуса и его легион.
Чем больше начинаешь думать, тем большее несостыковок находишь. Однако в этом и была суть пагубного влияния Тзинча, что начинал здесь проявляться всё сильнее. Именно он, рождающий сильнейшую надежду среди сильнейшего отчаяния, заставлял мысли идти по тому пути, который подразумевает не поиск контраргументов своей позиции, а поиск аргументов, что докажут твою неправоту.
