— Нея, — я еле заметно вздрогнула, не заметив, как близко подошёл Зак и взял меня за плечи. — Дыши, — скомандовал он, серьёзно глядя мне в лицо, пока я ошарашено моргала в ответ.
Я подчинилась, делая глубокий вдох и медленный выдох.
— Твои эмоции возвращаются слишком быстро. Ты не можешь их контролировать, — пояснил он, всё ещё сжимая пальцами мои плечи. — Закрой глаза, — я вновь послушалась. — Сделай вдох, считая до восьми, и задержи дыхание. Затем — медленный выдох. Раз… Два…
Я уже не слышала гулкого шума крови в ушах. Даже раздражение и гнев отступили. Только внутри образовалась странная пустота и изнеможение. Точно пожар, ещё несколько минут назад бушевавший в душе, стих, оставляя за собой лишь выжженные угольки и повисший в воздухе пепел.
— Это эмоциональные провалы. Ты должна научиться контролировать свои эмоции. Иначе они будут истощать тебя снова и снова.
Он умолк, а я вновь вздрогнула, когда дверь за моей спиной с шумом распахнулась. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что это была главная причина моего возможного эмоционального истощения.
— В столовую, — рявкнул Эрик, подходя ближе.
Его взгляд на миг остановился на руках Зака, которые всё ещё лежали на моих плечах, но резко соскользнули вниз.
— Оба, — лишь прорычал он, разворачиваясь и направляясь по коридору.
Живот предательски заурчал от слов о возможной еде. Я закусила щёки изнутри, чтобы даже видом не показать хоть какую-то заинтересованность в нахождении рядом с этим самодовольным тираном.
В такую рань людей в столовой практически не было, отчего и так немаленькое помещение казалось ещё больше и светлее. Дождь, шедший вчера весь день, стих ещё ночью, и сейчас нежные лучи солнца падали на металлические столы и пол, заливая их жёлтыми красками. Я подняла глаза на окна, замечая сквозь проблески света яркие пятнышки зелени и розово-оранжевое небо. Рваные облака быстро мчались вдаль, а ветви деревьев, колышущиеся на сильном ветру, будто махали им вслед.
Я на несколько секунд застыла, погружённая в свои мысли, которые откидывали меня в далёкое детство. Невольно вспомнила слова Ноэ о небе и о том, как он раньше любил лежать на траве, наблюдая за бегущими облаками. Интересно, был ли с ним в этот миг Эрик?
Я бросила мимолётный взгляд на анкона и вновь вздрогнула, перехватывая его пристальный взор. Отчего-то по позвоночнику побежала стайка взволнованных мурашек, хоть я не испытывала никакого страха или смятения от этого мужчины. Пару секунд мы так и буравили друг друга, пока оба синхронно не отвели глаза.
— Что ты будешь, красавец? — раздался голос низкой полной женщины, которая смотрела на Зака с сияющим на щеках румянцем.
Её тёмные волосы с частыми седыми прядями были собраны сзади в аккуратный пучок. Она бросила на меня мимолётный взгляд, рассматривая, и поправила тёмно-зелёный фартук на полном животе, заприметив рядом главу базы.
Эрик сделал приглашающий жест рукой, вежливо пропуская меня перед собой. А через секунду, так же молча и с каменным выражением лица, подал поднос. И от этой галантной вежливости у меня вновь появилось желание ударить его именно этим подносом.
— Дора, вы прекрасны, как это солнце, — расплылся в хитрой улыбке Зак, взяв в руки тарелку с хлопьями, и указал на понравившийся омлет. — Я так рад видеть именно вас. Вы же всегда накормите меня самым вкусным.
— Ох, как же ты красиво говоришь, мальчик мой. Будь я на три десятка лет моложе, заставила бы тебя отвечать за свои слова, — усмехнулась кухарка, заговорщически подмигивая мне.
— Поверьте, я бы почёл за честь, — театрально приложил ладонь к груди Зак.
— Но сейчас… — Дора развернулась и медленно подошла к дальнему столу, хромая на правую ногу. — Их ещё не разобрали. Держи, — она протянула огромную тарелку с круглыми толстыми печеньями, усыпанными золотистой крошкой.
Сладкий незнакомый запах мгновенно разлился вокруг, привлекая моё внимание. Кажется, я снова услышала, как заурчал живот.
— Что это? — произнесла я, сглатывая набежавшую слюну.
— Кокосовое печенье, девочка моя, — мягко улыбнулась мне Дора.
— Нея. Я Нея, — ответила я, закусывая губу и на секунду возвращая внимание на тарелку, откуда Зак сгрёб уже почти половину. — А можно мне?
— Конечно, — её голос был таким мягким и девичьим, отчего казалось, что перед тобой стоит совсем молодая девушка.
Я улыбнулась, положив себе немного сладостей, и поблагодарила вновь, когда она протянула мне апельсиновый сок и запеканку.
Запах печенья завис вокруг меня невидимым дурманящим облаком, притягивая к себе всё внимание. То ли от голода, то ли от этого сладкого аромата, но я могла поклясться, что ещё миг — и по подбородку потекли бы слюнки.
Мы сели за самый дальний стол, и я вполуха слушала историю, которую рассказывал Зак. К нам присоединился Оуэн. Он бросил недовольный взгляд на огромную тарелку печенья у блондина и тихо прошептал что-то Эрику, который в ответ лишь нахмурился и кивнул.
