Первая стадия отравления организма, с которым хоть отдалённо можно было сравнить этот приступ, была практически позади. В этот момент человек впадает в панику, все чувства становятся острыми, а страхи — слишком осязаемыми. Впервые в голове проскальзывает мысль о самоубийстве, о боли, о наслаждении от собственных страданий. Никто до сих пор так и не смог объяснить, почему люди, принимающие Апфер, от алкоголя жаждут покончить с собой. Возможно, разгадка кроется в чувствах, в желании познать самые опасные их грани.
Я видел подобные случаи десятки раз, часто слышал о них и от других баз. Но на нашей — не позволял даже произойти чему-то подобному, иначе провинившиеся попросту изгонялись. Сейчас же впервые я действительно испугался за человека и познал страх того, кто переживал весь этот кошмар. И только потому, что это была она.
Нея застыла, глядя мне за спину. Я сжал губы, вытаскивая иглу из её вены, и прижал салфетку к сгибу локтя.
— Эрик, — прошептала она. — Они сзади тебя.
Я не обернулся, продолжая следить за ней, понимая, что началась вторая стадия. Именно во время неё человека преследуют галлюцинации и навязчивая тяга к самоубийству, которая на первой только даёт о себе знать. И именно во время неё большая часть людей погибает.
Быстрым взглядом я оценил обстановку вокруг, замечая около десятка острых предметов, которые, при желании, можно было использовать во вред.
— Эрик, я должна их остановить, — Нея резко села на столе.
— Смотри на меня, — произнёс я.
Она не реагировала, впившись взглядом куда-то в пространство. Я вновь приподнял её подбородок, заставляя обратить внимание на меня, и произнёс уже мягче, так, как не говорил, кажется, уже многие годы:
— Смотри только на меня. Они ничего тебе не сделают, ведь я рядом.
И только пролетела мысль, что сознание возвращается к ней, как Нея недоверчиво осеклась, всё же покосившись на соседний стол. Я ощутил, как заметно похолодела её кожа. Глаза вновь стали стеклянными, и всё тело просто оцепенело. Она начала медленно качать головой, с каждой секундой дыша тяжелее. Волна истерики и страха накрывала всё сильнее, и её пальцы с силой сжали мои. Именно там лежало два скальпеля, и я прекрасно знал, что крутится у неё на уме.
— Нея, — вновь позвал её я, но не увидел никакой реакции. — Нея!
Она вздрогнула, но вновь посмотрела на меня.
— Эрик!
Дверь распахнулась, и в лабораторию стремительно ворвались Зак и Оуэн. Я даже не поднял на них взгляд, стараясь ни на секунду не терять контроля над ситуацией.
— Доверься мне, — прошептал я.
Она порывалась вновь рассмотреть скальпели, но я шагнул в сторону, телом загораживая обзор. Оуэн, поняв всё без слов, тихо подошёл ближе и убрал со стола опасные предметы. Зак набирал порцию второго лекарства, а я не отпускал подбородка Неи, удерживая её лицо ладонью.
— Все эти меры лишь слегка смягчат приступ. Нужно поставить капельницу. Но в комнату её лучше отнести, — раздал инструкции Зак.
Я кивнул в ответ, успокаивающе проводя пальцем по девичьей скуле.
Нея содрогнулась всем телом, когда почувствовала новый укол успокоительного в плечо. А я не позволил ей обернуться, вынуждая смотреть прямо в глаза. Через минуту её тело заметно расслабилось, а ресницы задрожали. Веки начали сонно слипаться, и я легко подхватил девушку на руки, крепко прижимая к себе.
— Лучше, если она будет в уже привычном месте, — бросил Зак на ходу, катя за собой штатив для капельницы.
Нея оставалась в сознании, глаза были слегка приоткрыты, но рука безвольно свисала вниз. Я быстро шёл вдоль коридора к нашим комнатам, но стоило приоткрыть её дверь, как она задрожала, еле слышно истерично шепча:
— Только не туда… Умоляю, Эрик… Нет! Нет! Нет!
Парни застыли, переглянувшись, а я не раздумывая подошёл к другой двери.
— К чёрту, — выругался я, стремительно пронося её в свою комнату и аккуратно опуская на большую кровать.
— Ей нужен свежий воздух, — скомандовал Зак, и Оуэн ловко дотянулся до окна, приоткрывая, насколько позволяла конструкция. — Привлеки её внимание, — посмотрел он уже на меня.
Я присел на корточки перед кроватью, ловя её взгляд, а она медленно придвинула руку к краю.
— Мне страшно, — еле слышно выдохнула Нея, на несколько секунд прикрывая веки. — Я умру?
— Я не позволю, — нахмурился я и провёл пальцем по её щеке, смахивая пробегающую слезинку.
Зак повесил капельницу, присел у кровати, и через мгновение она вздрогнула, с силой сжимая губы.
— Т-ш-ш, — вновь прошептал я, отчего-то не убирая ладонь и продолжая поглаживать её кожу.
Препарат побежал по венам, медленно смешиваясь с кровью и вымещая алкогольный яд. Нея перевела взгляд на окно, за которым раскинулось тёмное ночное небо. Её ожидала слишком бессонная ночь, наполненная страхами и кошмарами, и, кажется, что она прекрасно это осознавала.
— Я расскажу Ханне, — полушёпотом произнёс Оуэн и молча покинул комнату, встречая мой ответный кивок.
Я вновь взглянул на Нею, кожа которой уже была будто прозрачной. Оливковые глаза не сияли, и в них застыл настоящий ужас.
