43 дня до конца (СИ) полностью

Я попыталась уловить его, будто тонкую ниточку, удерживающую меня на грани реальности. Всё пыталась отгадать, кому он принадлежит, но память сопротивлялась, не давая никаких подсказок.

И, наконец, как сквозь плотную пелену, вспыхнуло успокаивающее воспоминание:

— Доверься мне…

Эрик! Это был он.

Я вновь ускользнула во тьму.

Тело ломило от боли, дыхание спёрло. Лёгкие горели огнём от того, как я задыхалась, повторяя в который раз один и тот же приём, который сегодня почему-то не получался.

— Если ты покалечишь всю личную охрану, у меня будет к ним много вопросов, — раздался за спиной голос матери.

Я обернулась, жестом останавливая очередной спарринг. Офицеры отошли, оставляя нас наедине.

— Ну ты ведь сама хотела, чтобы я тренировалась до тех пор, пока не смогу победить всех, — ответила я, когда она подошла ближе.

Уголки её губ еле заметно приподнялись, и мама потянулась к волосам, собрав высокий хвост.

— Потренируемся? — усмехнулась я, наблюдая за её движениями.

— Чтобы ты уложила на лопатки и главу фракции на глазах офицеров? Нет, благодарю, — улыбнулась она в ответ.

— Вы так рано вернулись. Что-то пошло не так? — продолжила я, взяв в руки бутылочку воды и всё ещё пытаясь восстановить дыхание.

Лицо Алианы оставалось всё таким же спокойным, и лишь на мгновение между бровями появилась хмурая складочка.

— Очередное нападение сопротивления, — задумчиво ответила она, переводя взгляд на офицеров. — Необходимо будет усилить твою охрану. Эти парни никуда не годятся…

По телу промчалась острая боль, которая слишком резко вытолкнула меня из царства грёз. Я распахнула глаза, ощущая, как быстро бьётся моё сердце, и заморгала, делая жадный глоток воздуха.

Кожа ныла и горела огнём. Я подняла руки, но так и не смогла разглядеть время, замечая плотные бинты, тянущиеся от локтей к запястьям. Но и без цифр прекрасно понимала, что это значит и сколько дней на счету.

Тридцать два.

Реальность вмиг обрушилась на меня, возвращая полное осознание всего произошедшего. Страх вновь подобрался близко к сердцу, сжимая его всё крепче. Пальцы похолодели, и я с ужасом посмотрела вверх.

Перед глазами пролетело всё. Клуб. Леона. Алкоголь. Танец. Боль. Эрик…

— Эрик, — прошептала я, выдыхая его имя, и сейчас именно оно казалось чем-то безопасным.

Мягкий свет луны падал из окна, которое было слегка приоткрыто и пропускало в комнату свежий воздух. Я заморгала, пытаясь оглядеться по сторонам и различить силуэты.

— Я здесь, — неожиданно раздался мужской голос.

Я вздрогнула и повернула голову, стараясь привыкнуть к окружающей темноте. Но даже сквозь неё был виден его тяжёлый взгляд, который будто пронизывал до самой души, забираясь внутрь. Мне вновь было нечем дышать.

Эрик сидел в кресле, закинув ногу на ногу и поднеся пальцы к подбородку. Лунный свет холодными тенями очертил его лицо, отчего оно казалось ещё более хмурым.

— Прошли сутки? — я сглотнула подбежавший к горлу ком и приподнялась на локтях в попытках сесть.

— Да.

— Всё это время ты был здесь?

— Да.

— Почему? — мой голос дрогнул.

— Я обещал, что не оставлю тебя.

Его голос казался бархатным полушёпотом во тьме, так контрастируя с суровым лицом. Но от его слов по всей коже побежали взволнованные мурашки.

Сил всё ещё было мало, и я вновь упала на подушки, совершая очередную тщетную попытку подняться. Эрик молча встал, подошёл к кровати и наклонился. Широкие ладони обхватили мою талию, а мои руки тут же обвили его шею. Он приподнял меня чуть выше, прислоняя спиной к стене, но не отдалился.

— Так нормально? — произнёс Эрик ещё тише.

— Да, — прошептала я, чувствуя его дыхание на своей коже.

И в этот момент, вновь ощущая его близость, я полностью готова была забыть о том, что такое кислород.