Если ещё два дня назад казалось, что проблем накопилось достаточно много, то сейчас их масштабы увеличились в несколько раз. Состояние Неи, пропажа людей, а также взрыв поезда с делегацией четвёртой фракции, который произошёл сегодня утром из-за группы Эмануэля, — и всё это необходимо разрешить за оставшиеся тридцать два дня.
Кожа на запястье ещё горела, и впервые за всё время до меня наконец начал доходить смысл приближающейся возможной смерти. Нашей смерти. Я сжал кулак, стараясь сохранить самообладание, и глубоко вздохнул, толкая дверь в Штаб. Здесь же сейчас казалось слишком душно, а яркий свет ослеплял.
— Слушаю, — бросил я, падая в кресло и вновь прикрывая глаза.
— Со второй базы пропали двое, — начал Оуэн.
— Это я уже слышал. Дальше.
— Их нашли, — продолжил друг, а я резко распахнул веки. — Точнее, то, что от них осталось.
— Апфер?
— Похоже, но… — подал голос Зак, скрещивая руки на груди. — Но даже я не видел такой формулы. Она практически прожгла их изнутри. Фракции явно испытывали что-то новое и пытались замести следы.
Повисшая тишина угнетала. Я сжал губы, обдумывая всё происходящее.
— Нам нужно действовать быстрее, — отчеканил я. — Фридрих уже пояснил, какого чёрта они подорвали состав?
— Тут такое дело, — Оуэн прислонился к столу. — Он клянётся, что это сделала не группа Эмануэля. И тот готов прибыть к тебе лично, чтобы ответить за это.
— Он хочет, чтобы я поверил, что не его группа подорвала поезд, где в этот момент должна была ехать Алиана Росс? — усмехнулся я в ответ.
— А Катарина? — предположил Зак.
— Это не её методы. Она действует более аккуратно. Да и с Мироном и Хлоей у неё не возникало проблем, — пожал плечами Оуэн. — Я понимаю, как это выглядит, Эрик. Но не думаю, что Эмануэль поступил бы настолько необдуманно.
— Склонен согласиться с Раскраской, — кивнул Зак, не обращая внимание на прожигающий взгляд товарища за столь милое прозвище. — Это крайне глупо. Но думаешь, Катарина не способна на такое?
— Катарина способна на всё. Но мы не можем делать поспешных выводов, — ответил я, поднимаясь с кресла. — Никому из них нельзя доверять на сто процентов.
Весь план висел на волоске, который пока что чудом не оборвался. Катарина была той, кто легко вскружит голову любому, а потом свернёт шею, чтобы не стоял на пути. И ты до последнего мог не подозревать об её истинных намерениях. Эмануэль же действовал прямо в лоб, не скрывая своих целей и предпочтений.
— Встретим Эмануэля, а дальше я лично поеду к Катарине, — подвёл итог я, разминая шею. — Где Леона?
— В комнате, как ты и велел, — ответил Зак.
И стоило мне только развернуться, чтобы направиться к выходу из Штаба, как он стремительно обогнал меня.
— Стой. Что ты решил с ней делать?
Я приподнял бровь, делая глубокий вдох, и искренне старался удержать в себе жалкие крохи терпения.
— Ты знаешь правила этой базы. Алкоголь для тех, кто принимал Апфер, равен смерти. И ты прекрасно помнишь, что я делал с теми, кто ослушивался.
— Но ты сам знаешь, что сейчас делают фракции с теми, кого поймают. Ты готов самолично приговорить её к смерти?
Я тяжело выдохнул, медленно прикрывая веки.
— Позволь мне пойти с тобой. Или поговорить с ней самому, — продолжал Зак, и сложно было признать, но доля истины в его словах всё же была.
— Пошли, — бросил я, направляясь к выходу и уже не выдерживая нахождения в душном помещении.
Тишину коридоров разрывало эхо наших тяжёлых шагов, а мигающая на потолке лампочка выводила меня из себя, будто лишний раз проверяя уровень терпения.
Я никогда не поднимал руку на женщину и не собирался отступать от собственных принципов. Но решение, которое я в эту минуту взвешивал внутри, давалось мне нелегко. И не потому, что Леона значила для меня что-то. Такого не было, и наши отношения никогда не выходили за рамки секса без обязательств. Она нарушила правило, и, окажись на её месте кто-то другой, итог был бы таким же. Только выгнать Леону с базы — означало подвергнуть риску её жизнь, а, возможно, и поставить её на кон.
Я толкнул дверь, даже не утруждая себя постучать. Услышав резкий удар, девушка испуганно вскочила на ноги и ошарашено уставилась на меня.
— Эрик. Я не подумала. Я совершенно не знала, что творю… — лепетала она.
Не обращая внимания на жалкие оправдания, я подошёл ближе, загоняя её к самой стене. Карие глаза блестели от подбежавших слёз и неприкрытой злости, которая меня лишь раздражала. Только когда отступать было уже некуда, Леона остановилась, вжав голову в плечи.
— Эрик, — предостерегающе окликнул меня Зак.
Я поднял руку, опираясь о стену, и медленно перевёл взгляд на неё.
— Ты знала, что Нея с фракций, — тихо, угрожающе произнёс я.
— Да, — вымолвила Леона, стараясь втянуть воздух.
— Ты знала, что бывает, когда они выпьют алкоголь.
— Угу, — она тяжело сглотнула ком в горле, неотрывно глядя на меня и часто моргая.
— Ты знала, что я делаю с теми, кто идёт против установленных правил, — я поднял вторую руку, полностью загоняя девушку в капкан.
