Усилив подходы к Оденсхольму минными полями, русское командование стало ждать. А дальше произошло следующее: семь немецких миноносцев приблизились к острову и подорвались на минах, остальные неприятельские корабли были отогнаны артиллерийским огнем.
Из показаний пленных удалось установить, что немцы планировали прорваться к Оденсхольму и провести на месте гибели «Магдебурга» водолазные работы. Но зачем им разбитый крейсер? Ясно, что немцы что-то искали на дне моря.
Контр-адмирал Непенин решил продолжить расследование. Он передопросил пленных моряков «Магдебурга». И выяснил немало интересного. Во-первых, перед отходом в море капитана Хабенихта посетил некий неизвестный господин в черном. Они заперлись в капитанской каюте и о чем-то долго беседовали. Один из офицеров утверждал, что незнакомец был похож на начальника германской военной разведки полковника Отто Николаи. Во-вторых, в Кенигсберге на борт крейсера было поднято около 20 небольших деревянных ящиков, общим весом 300 кг. Взрывчатка, патроны в такой таре обычно не хранились. Так что же находилось в них?
И тут Непенина озарило – золото!
Кому же оно предназначалось? По всей видимости, руководителям германофильской партии при русском дворе.
В своих рассуждениях русский контр-адмирал, видимо, был близок к истине. Война на два фронта всегда была кошмаром для немецкого генералитета. А тут она стала реальностью. Но тогда, в августе 1914-го, события еще можно было повернуть вспять. Подкупить нужных людей при дворе не составляло большого труда, ведь германскую партию возглавлял сам Григорий Распутин, весьма падкий до золота. Распутин был категорически против войны с Германией. В его клику входили обер-прокурор Сената Саблер и военный министр Сухомлинов. Эти люди за деньги были готовы совершить все, что угодно. Им-то и должен был, похоже, доставить золотой груз капитан «Магдебурга». По второй версии, золото предназначалось для финских сепаратистов. В тот момент Финляндия входила в состав Российской империи и там были сильны германофильские настроения. Но довести расследование до конца контр-адмирал Непенин не успел. Он был убит в феврале 1917 г. революционными матросами.
Слухи о том, что затонувший «Магдебург» имел на своем борту золотой груз почти на 2 млн долларов, мгновенно распространились по Европе. Сразу же после окончания войны поднять крейсер пытались шведы, но не смогли определить точные координаты гибели корабля. Неудача постигла и англичан.
В 1925 г. поисковую экспедицию в район гибели крейсера пытался организовать бывший командующий германским Балтийским флотом гросс-адмирал принц Генрих Прусский. Но в разгар подготовки экспедиции он неожиданно скончался. Тайна «Магдебурга» так и осталась нераскрытой.
Гибель «Лузитании» – это трагедия, поразившая современников, спор о причинах которой продолжается и в наши дни.
Как следует из архивных документов и воспоминаний очевидцев, случаи, когда на торговых кораблях, и на «Лузитании», в частности, перевозились грузы военного назначения (включая боеприпасы), отнюдь не были редкостью и являлись скорее обычной практикой.
Для того чтобы сократить расходы, руководство компании по настоянию адмиралтейства сократило экипаж «Лузитании» более чем на 260 человек, были погашены 6 котлов из 23 и закрыта котельная № 4. Максимальная скорость корабля упала с 26 до 21 узла, а крейсерская скорость составила всего 18 узлов. Даже с учетом резервистов, служивших на борту лайнера, его было трудно укомплектовать командой, а подготовка имевшегося экипажа была далека от предвоенных стандартов. Вот в таком печальном состоянии, незадолго до последнего рейса, капитаном на судно был назначен старый моряк, имевший великолепную репутацию, Уильям Тернер.
Южное побережье Ирландии пользовалось в то время дурной славой. С начала 1915 г. германскими подводными лодками в этом районе было потоплено более 26 судов. Благодаря мастерству капитана, своим техническим характеристикам и по воле случая «Лузитании» несколько раз удавалось избежать атак германцев.
Перед ее последним рейсом казалось, что потенциальная угроза нападения приобретает свои осязаемые черты – 1 мая 1915 г. в день отплытия лайнера в Ливерпуль в американских газетах появилось предупреждение за подписью германского посольства, в котором пассажиры трансатлантических лайнеров уведомлялись о том, что Германия находится в состоянии войны с Великобританией, а воды вокруг Британских островов являются зоной военных действий и таким образом любое судно под британским флагом может подвергнуться нападению.
