У меня есть вырезка с интервью второго пилота «Ориона» Эдварда Кэйлора, которое он давал зарубежной прессе. «Когда мы увидели, что загорелся левый двигатель самолета, а справиться с пожаром не было возможности, у нас оставалось два варианта: либо продолжить полет, и тогда последует взрыв, либо приводниться. Мы выбрали второе, – рассказывал он. – Самолет продержался на плаву несколько минут и затонул. Высота волн достигала 8 м, был штормовой ветер, температура воды где-то 4–5 °С. Проливной дождь. Мы на аварийных плотах ждали спасения 12 ч…»
И даже в таких невероятно сложных условиях русские моряки спасли американцев. Первыми их обнаружили сахалинские рыбаки с БМРТ «Мыс Сенявина», который в этом районе вел промысел под командованием капитана А. Арбузова. Как только с него заметили американцев, капитан вышел с ними на связь. Затем рыбаки произвели сложный маневр, чтобы мощным корпусом судна закрыть от ветра терпящих бедствие летчиков. Спустили на воду 30-футовый моторизованный плот, на который и подобрали посиневших от холода американцев.
Вот как описывал эту историю в своем письме советским спасителям член экипажа погибшего «Ориона» Говард Мур: «Невозможно передать радость, которую я испытал, когда увидел ваше судно. Доблесть и профессионализм моряков были совершенно исключительными. Не укладывается в голове, как можно было нас спасти ночью в океане. Когда меня поднимали на борт, я не чувствовал ни рук, ни ног. Мне оказали медицинскую помощь, и я пришел в себя… С чувством глубокой благодарности я думаю о вас, русских, чьи усилия позволили нам выжить.»
Капитан 3-го ранга ВМС США в отставке Джон Болл пишет, что «риск, которому подвергли себя капитан и команда судна “Мыс Сенявина”, намного превосходит риск, которому они обязаны были подвергнуть себя по долгу службы. Ситуация осложнялась погодными условиями на месте крушения нашего самолета. Но русские рисковали своими жизнями, чтобы спасти наши! Я ясно помню те чувства, которые охватили меня, когда я увидел огни приближавшегося к нам в ночи “Мыса Сенявина”. Я никогда не забуду этого зрелища! Начиная с 1978 г. каждое 28 октября я праздную как свой второй день рождения».
Обложка книги Э. Ямполера, вышедшая в США и посвященная событиям октября 1978 г.
С двух американских плотов экипаж рыболовного траулера «Мыс Сенявина» снял 10 живых и трех мертвых членов экипажа. Двое, в том числе и командир «Ориона», ушли на дно с самолетом. Судовой врач оказал спасенным первую помощь, их переодели в сухие робы, укрыли одеялами.
– Связь с траулером была очень короткой, – продолжает Михаил Храмцов, – мы с ним говорили в открытом эфире, а с командованием я общался по засекреченной связи. Но как только операция завершилась, второй американский самолет «Орион», который все это время «вел» нас к месту трагедии, начал подавать сигналы, чтобы мы повернули на восток и следовали к американской военно-морской базе. Тут же подоспел и их сторожевой корабль «Чермиз». С него тоже потребовали: «Поворачивайте на восток!» Тогда я был вынужден призвать на подмогу свой пограничный сторожевой корабль «Дунай» и «поднять» с глубины нашу атомную подводную лодку. Лишь после этого нас оставили в покое, и мы принялись конвоировать БМРТ «Мыс Сенявина» в родной порт.
На базе «Мыс Сенявина» уже ждали сотрудники госбезопасности. Летчиков перевезли в военный госпиталь, поместили их, как потом рассказывали, в двухместные палаты, поставили им цветные телевизоры, кормили до отвала. (Особенно американцам понравился борщ.) А уже через несколько дней, приодев летчиков в советские теплые летные куртки, переправили самолетом сначала в Хабаровск, а затем через Японию в США.
Я их так и не увидел. Из моряков «Ретивого» к ним близко никого не подпустили. Да что там, даже слова доброго экипажу никто не сказал. В те времена, впрочем, мы другого и не ждали.
В адрес Михаила Храмцова, других моряков все же пришли три письма от спасенных американских летчиков со словами благодарности. Послания торжественно вручили в генеральном консульстве США во Владивостоке. Михаил Петрович тотчас написал ответы и передал письма в консульство, чтобы узнать о судьбе остальных спасенных. Но до сих пор ни ответа, ни привета.
Храмцов никак не может понять причину столь затянувшейся паузы. Михаил Петрович, выйдя в отставку, занялся писательством. Недавно у него вышла книга «От Камчатки до Африки», где он рассказал и об этой истории 25-летней давности и хотел бы написать, как теперь живут спасенные американцы.
