С 14 июля начали проявляться кожные заболевания у детей, началась массовая гибель кур, кроликов и стали погибать дикие птицы. Были приняты первоочередные меры, в том числе об установке на дорогах специальных предупредительных знаков, а также указательных знаков о запрещении употребления овощей и фруктов.
16 июля 30 детей были помещены в госпиталь с признаками химических отравлений. На следующий день мэры городов Севезо и Меда приняли решение о сожжении деревьев, урожая овощей и фруктов, а также трупов животных в зараженных районах.
Только 19 июля химическая лаборатория в Швейцарии определила присутствие диоксина в присланных образцах из Севезо и сообщила об этом властям зараженного региона, в том числе министру здравоохранения провинции Ломбардия.
О заражении региона диоксином в результате аварии на химическом заводе были оповещены все местные врачи, было запрещено употреблять в пищу продукты из зараженных районов, в том числе мясо животных. Были предъявлены обвинения дирекции завода в нарушении нескольких статей Положения о защите рабочих при авариях на территории Италии.
21 июля были оглашены сведения о наличии в зараженном облаке диоксина и принято решение о проведении обследования населения. Руководители завода были помещены под домашний арест.
22 июля совет провинции на своем совещании рассмотрел вопрос о состоянии общественного здоровья и принял решение о разработке программы для медицинского обследования всех людей в зараженной области.
Для оказания помощи по ликвидации последствий аварии с каникул и из отпусков были вызваны ученые Миланского университета и персонал исследовательских лабораторий.
23 июля были выполнены первые анализы, полученные результаты позволили очертить границы наиболее загрязненной зоны А и принять решение об эвакуации из нее жителей.
Итальянские военнослужащие у химического завода ICMESA
Авария на химическом заводе в Севезо явилась самой крупной в мире по выбросу диоксина в атмосферу. Загрязнению диоксином подверглась территория в 17,1 кв. км с населением более 200 тыс. человек.
Авария в Севезо показала определенную беспомощность науки, технологий, организаций, правительств и местных властей перед опасностями, связанными с индустриальной деятельностью человека.
Севезо впоследствии был назван итальянской Хиросимой. Это был первый случай в мире, когда диоксин был распространен на такой плотно заселенной территории. Последствия аварии в Севезо более трагичны, чем после землетрясения. При землетрясении дома разрушаются, но они могут быть восстановлены, а в Севезо дома остались целы, но окружены колючей проволокой, и люди не могут вернуться назад в свои родные места.
Именно после этой аварии химическая промышленность развитых стран попала под жесткий государственный контроль и были приняты серьезные меры по предотвращению подобных чрезвычайных ситуаций в будущем.
25 февраля… Начальник пожарного управления столицы генерал-майор Иван Леонтьевич Антонов по опыту знал: загорания к вечеру постепенно «вызревали» одно за другим. Штаб тем временем был на выезде, на одном оборонном режимном объекте в районе Соколиной Горы. Сложностей при тушении этого пожара не возникло, поэтому, как обычно, решили отзвониться на ЦУС и возвращаться.
– Нина, это Зайцев, мы возвращаемся.
– Подожди, подожди, посыпались заявки на «Россию».
– Выезжаем.
Лейтенант Алексей Буканов заступал в этот вечер в караул с думами о завтрашнем дне. Едва караул вернулся с очередного вызова и бойцы стали стягивать мокрое обмундирование, как диспетчер заорал в динамик:
– Тревога! Район выезда…
Дальше Буканов уже не слышал. Глаза мгновенно выхватили главное: гостиница «Россия». Из центральных частей города к месту событий одна за другой выезжали красные автомашины – цистерны, насосы, лестницы, газовки и прочая техника. Караул лейтенанта Буканова стал первой разведкой, что спасала из горящего здания пострадавших.
Работа закрутилась вовсю. Звено ГЗДС ушло в разведку. Машины из других частей стали прибывать довольно быстро. Одна за другой устанавливались на гидранты, которых, как оказалось, было крайне мало для тушения такого пожара.
Автолестницы установили справа от центрального входа. Началась эвакуация людей сверху. Примчавшийся следом за лейтенантом Букановым его более опытный коллега, оперативный дежурный по первому отряду старший лейтенант Александр Бессалов принял руководство на себя.
Бессалов видел – пластик погубит немало народу, прежде чем пожарные смогут пробиться к людям.
Страшнейшее отравление от материалов, которые были основательно вкраплены в конструкцию здания, пластик при горении выделяет до 100 отравляющих веществ, и синильная кислота по сравнению с остальными лишь цветочки.
