А сегодня стало еще хуже. Мало было Артуру трепать нервы себе и жене, так он притащил с собой младшего сына. Двенадцатилетний пацан вместе со всеми высадился прочесывать инопланетный ландшафт. В стеклянных, широких, как блюдца, глазах Чендлер видел желание отличиться и упрямство, вне всякого сомнения унаследованное от отца – и от старшего брата.
Перед самым выходом Артур предложил прочитать утреннюю молитву. Глаза у него были красные, опухшие от слез. Чендлер смотрел его интервью накануне, после того, как уложил измотанную Тери спать. Страсть и боль Артура были столь искренни, что исчезновение парня из локальной трагедии раздули до события национального масштаба. Сегодня утром возле участка и базового лагеря Чендлеру не было прохода от журналистов. Управление строго-настрого запретило распространяться о ходе поисков, мол, пусть говорят высокопоставленные лица, но Чендлер и без того знал, как себя вести. Он на дух не переносил стервятников, питающихся человеческим горем, поэтому молча прошел сквозь лес камер и микрофонов. Если бы к ситуации не было приковано внимание всей страны, никто бы и не спешил сюда в погоне за жареными фактами. Стоит им обглодать все косточки и уловить запах новой крови, они тут же сорвутся с места и полетят терзать новую жертву.
* * *К полудню, однако, наметился кое-какой прогресс. Прямо перед двухчасовым перерывом на пережидание самой жары они напали на след. Один из волонтеров – подросток, аж из окрестностей реки Муррей, что к югу от Перта, – нашел кусок одежды, развевающийся, как флаг, на ветке вереска.
Чендлер поспешил к нему. Вокруг красного лоскутка уже собралась целая толпа, но подходить никто не решался – а ну как улетит. На первый взгляд казалось, что кусок не отрезан, а выдран: края обтрепаны, распустившиеся волокна похожи на тысячи крошечных щупалец.
Подбежал Митч.
– Что там?
– Возможно, кусок одежды. Оторванный, – ответил Чендлер, не сводя глаз с лоскута. Судя по тому, как его трепало ветерком, материал очень легкий. – Дай пакет.
Митч покопался в рюкзаке и достал пакет для улик. Чендлер аккуратно снял лоскут с колючей ветки, убрал и закрыл.
Затем он поднес пакет к глазам, чтобы получше рассмотреть. Все, затаив дыхание, следили за ним. На лоскуте осталась часть логотипа: белые заглавные буквы N и, похоже, О.
– Какие варианты? – спросил Чендлер.
– No Fea[5]… North Face[6]… Mizuno?[7] – предположил Митч.
– Раз кусок оторвался, значит, парень шел очень быстро.
– Где тогда остальное?
