– Вы намеренно ничего нам не говорили! Ведь так?
– Нет, не так…
– И долго вы собирались держать нас в неведении? Ведь если бы не мой приход…
Микура молчал.
– Вы понимаете, что вы натворили? Пропала девушка, школьница. Ее родителям кто-то звонил, предположительно похититель. А вы думали о чем угодно, только не о самом деле! Стыд и позор! Внутренние распри не должны влиять на ход следствия, тем более в таком деле! Нет… вы использовали похищение… как месть Токио? Как предупреждение? Как страховку? Как вы могли поддерживать нечто столь предосудительное?
– Стыдно должно быть вам.
Сделав вид, что не слышал последних слов Микуры, Миками продолжал:
– Вам доподлинно известно, что похищение – мистификация. Вот почему вы так реагируете.
– Ничего нам пока не известно. Возможно, похищение и мистификация, только и всего. Главное для нас – найти похитителя и призвать его к ответу. А если вам кажется, будто мы нарочно держали вас в неведении, у вас паранойя! Вы обвиняете нас только потому, что вам кажется, будто вас третируют.
– Если все так и есть, как вы говорите, зачем вы тогда сохраняете в тайне их имена?
– Я уже вам говорил. Пока есть хоть малейшая вероятность, что похищение – мистификация девочки-подростка…
– Я сейчас не о прессе говорю! Я спрашиваю, почему вы скрываете их имена от административного департамента!
На столе завибрировал телефон Миками. Не сводя взгляда с Микуры, он ответил на звонок и услышал голос Курамаэ:
– Миками-сан, мне удалось выяснить, где находится начальник Мацуока. Он поехал в участок Г. на одной из патрульных машин.
– Вы уверены?
– Да. В дежурной части одновременно зазвонили пять или шесть телефонов, и я машинально снял трубку ближайшего ко мне аппарата… в общем, звонили из участка Г.
– Хорошо, молодец. Возвращайтесь в кабинет; пусть Сува введет вас в курс дела.
Миками нажал отбой. Микура смотрел на него так, словно у него был наготове ответ.
– Продолжайте!
– Мы не считаем нужным делиться важными сведениями с административным департаментом. Вы продали нас Токио.
– Знаете, мне надоело слушать ваши домыслы. Если вы настаиваете, что, возможно, речь не идет о мистификации, назовите имена девочки и ее родителей.
Микура еле слышно вздохнул и холодно ответил:
– Похищение не касается администрации. И никого, кроме нас, тоже.
Миками почувствовал, как у него раскалывается голова. «Вот истинная сущность органов. Полиция – в высшей степени замкнутая организация». Раньше и Миками придерживался того же мнения. За много лет работы детективом он относился к своей исключительности как к чему-то совершенно естественному. Но… Теперь он смотрел на все как бы с противоположной стороны.
«Похищение не касается администрации. И никого, кроме нас, тоже».
Он заранее знал, что скажут репортеры: «А. работает не по найму. Откуда нам знать, может, таких людей и вовсе не существует в природе?»
В лицо Миками летела пыль; она попадала в глаза.
Он сел в машину, вытер глаза, посмотрел на цифровой дисплей. Три пятнадцать. Он достал мобильник и позвонил в управление по связям со СМИ. Как только его соединили, он услышал страшный шум. Разобрал сердитые возгласы: «Думаете, это шутки? Дайте нам их имена! Вы нам солгали?» Репортеры были в ярости; Суве пришлось принять огонь на себя.
Миками живо представил, как они близко.
Ответила Микумо:
– Слышите, что тут творится?
– Да! А вы меня слышите? Вы всех известили?
– Извините, Миками-сан, я ничего не слышу…
Миками заговорил громче:
– Предварительный договор вступил в силу?
– Ах да…
Послышался шорох. Шум в комнате немного утих. Ему показалось, что Микумо нырнула под стол.
– Да, действует. Но многие отказываются подчиняться, пока мы не сообщим им имена. Угрожают послать репортеров в Гэмбу.
– Их связывает договор, пусть и временный. Напомните им, что его нельзя нарушать.
– Они говорят, что три с половиной часа – долгий срок. Кроме того, представители одной газеты признались, что сегодня как раз послали корреспондента в участок Г., написать о ДТП; теперь они собираются послать туда еще одного репортера.
– Этого нельзя допускать! Предупредите, что они не имеют права показываться вблизи участка Г. Если приедут туда, это будет прямым нарушением.
– Их как раз уговаривает Курамаэ. Он уверяет, что, возможно, речь идет о мистификации и именно поэтому мы запоздали с пресс-релизом. Но его никто не слушает. Более того, они…
– У меня есть новости. Можете записать?
– Конечно, секундочку. – Ненадолго снова стало шумно, а потом Микумо, видимо, снова села под стол.
– Пишите! – Миками продиктовал все, что ему удалось вытянуть из Микуры. Во время пауз он слышал крики журналистов: «Где ваш босс? Зовите его сюда, сию секунду!» Его отсутствие лишь подливало масла в огонь.
– Вот и все. Передайте новости Суве.
– Миками-сан… удалось ли выяснить, как зовут девочку?
– Пока нет.
Тишина.
Ее страх чувствовался даже по телефону. Возможно, она видела, что Сува вот-вот сломается.
– Передайте Суве, чтобы держался.
– Когда вы придете?
– Мне нужно ехать в участок Г. Сообщите об этом Суве, а остальным ни слова!
