Ему вдруг вспомнилось, как давным-давно, точно такие же тревожные чувства он испытывал, вкусив впервые любовные утехи поселковой развратницы Мессалины. Тогда совсем аналогично, страшась будущего, он лежал рядом с женщиной и мучился от нахлынувших чувств. Но то были события тридцатилетней давности, он был юн и неопытен, входил во взрослую жизнь, ему впервые довелось познать женщину. А что же происходит теперь? Чего он тревожится здесь, в безлюдной тайге, какого будущего страшится, когда на десятки километров нет цивилизации? Что такого, непотребного, произошло между ним и Фелицией? Женщина сама возжелала его, никакого насилия над её чувствами, никакого попирания женского достоинства он не совершал. Притяжение было взаимным и искромётным, нужно лишь радоваться обоюдно доставленному удовольствию.
И вдруг его осенило: эти смятенные чувства от того, что он, вероятно, влюбился в Фелицию! Да, да, именно влюбился и боится признаться в этом. Отсюда и все тревожные ожидания. Как не крути, а принимать решение придётся. Пройдёт ещё немного времени и доверительный разговор между ними неизбежно состоится.
Что он должен сказать Фелиции? Сознаться в своих чувствах? Сказать, то не видит смысла в дальнейшем одиночестве?
Леший лежал и напряжённо думал, думал, думал…
Фелиция же, наоборот, радовалась состоявшейся близости. И, если бы сейчас в оконце заглянуло раннее солнышко, и можно было взглянуть на неё со стороны, то от взгляда не ускользнул бы тихий радостный блеск в её глазах. Она счастливо улыбалась и радовалась тому, что всё произошло именно так, как она того хотела. Немногословный и загадочный Леший покорился ей, стал её мужчиной.
«Он – мой, – красивый, суровый, неприступный и гордый! Мой ласковый и нежный одинокий волк! – думала восторженно Фелиция. – Я многие годы искала счастья и сейчас могу быть довольна собою: после длительных поисков я его отыскала! Все прежние мужики – невзрачные песчинки, по сравнению с этим золотым самородком. Ни с одним из них я не испытывала такого наслаждения, которое испытала с ним. Не мужчина – а ураган!»
Её богатое журналистское воображение уже рисовало ей обворожительное будущее.
Фелиция преданно прильнула всем телом к Лешему и принялась его ласкать, нежно проводя ладонью по плечу, шее, груди, потом поцеловала в щёку.
– Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, – прошептала она.
– И о чём? – моментально спросил Леший, словно только и ждал этого вопроса.
– О дальнейших отношениях между нами, о том, как поступить со мной дальше. Выгнать взашей или крепко подружиться. Я угадала?
Леший хотел подтвердить, что это действительно так, но почему-то промолчал.
– Именно такие мысли и кружатся в твоей голове, – с уверенностью произнесла Фелиция. – Можешь не отвечать.
И вновь наступила длительная пауза, затем она снова заговорила первой всё тем же тихим голосом:
– Ты, Юрочка, не переживай и не мучайся напрасно. Я перед тобой в неоплатном долгу и можешь расценивать эту ночь мизерной благодарностью за мою спасённую жизнь. На большее я не претендую, хотя была бы не против к дальнейшему развитию наших отношений.
– О чём ты говоришь? – прервал её Леший. – Какая может быть благодарность? Мне почему-то показалось, что это был искренний порыв чувств, а, получается, это всего лишь плата натурой?
– Ты не ошибся о моей искренности, – Фелиция запустила ладонь в густую растительность на груди Лешего, принялась медленно теребить волосы пальцами. – Это был порыв души. Можно сказать, зов моего сердца. Неужели ты так и не понял, что я не равнодушна к тебе и млею при каждой встрече с тобой?
– Скажи мне, кто ты? – неожиданно спросил Леший.
– Как кто? – удивилась Фелиция и даже приподнялась на локте. – Фелиция Сойкина, журналистка, приехала собрать материал для своей будущей книги. Какие могут быть сомнения?
– Сомнения есть, – глухим голосом произнёс Леший.
– Какие? – ещё больше поражаясь необычности вопроса, спросила Фелиция.
– Мне кажется, ты совсем не та женщина, за которую себя выдаёшь.
– И кто же я, по-твоему? – рассмеялась Фелиция, принимая слова Лешего за прикольную шутку. – Та самая посланница дьявола под номером 666?
– Это вовсе не смешно, – ответил Леший. – У меня есть все основания полагать, что за твоим появлением здесь тянется длинный мистический шлейф из прошлого.
– Вот даже как?! – воскликнула Фелиция. – О-очень интересно! Я просто сгораю от любопытства: какой-такой необычный хвост я умудрилась притащить за собой?
Немного помявшись, Леший с полной откровенностью рассказал журналистке и о Светлане, как две капли воды похожей на неё, и о явившемся во сне старце с его грозным предсказанием.
Когда он закончил повествование, Фелиция задумалась ненадолго, потом сделала заключение:
– Конечно, эти события попахивают мистикой. Если бы я услышала всё это из уст постороннего человека, я бы приняла информацию за красивую байку, переданную по каналу испорченного телефона. Но я всё это услышала от первого лица, поэтому могу назвать такой случай настоящей сенсацией.
