«Откорректировать эмоциональный фон субъекта „Босхо“»? — неожиданно поинтересовалась дотоле молчавшая Эмма.
Я нехорошо улыбнулся.
«Нет. Не надо».
«У субъекта „Босхо“ отмечается повышение активности магического дара», — на всякий случай предупредила она.
Да уж вижу, во что превратилась его аура: она сейчас буквально горит. Того и гляди, жахнет. И в то же время сам Босхо стоит, не шелохнется. Помнит, говнюк, что в академии драки и дуэли вне полигонов строго запрещены. Так что все разборки — только там. Официально. В присутствии целителей и секундантов.
— Я тебя вызываю! — вдруг выдохнул Айрд, сделав именно то, что мог бы сделать человек его склада ума в подобной ситуации. — Малый полигон! Сегодня вечером!
Я улыбнулся чуть шире.
— Как вызываемая сторона, сроки поединка выбираю именно я, а не ты. Правила сначала читай, прежде чем лезть в дуэльный клуб со своим уставом. Так что нет, Босхо. Сегодня у меня тренировка, и пропускать ее из-за тебя я не собираюсь. А вот после обеда в шан-рэ, на твое счастье, я совершенно свободен. В шесть. Приходи, буду ждать. Если, конечно, не струсишь.
— Я тебя убью, — тихо-тихо пообещал крепыш, так и продолжая прожигать меня взглядом.
Я в ответ только усмехнулся.
Айрд после этого сцедил сквозь зубы какое-то проклятие, качнулся в мою сторону, будто надеялся спровоцировать драку здесь и сейчас, но я в этот момент выпустил наружу острое лезвие, спрятал его между сомкнутыми пальцами и, прекрасно зная, что камер поблизости нет, одним быстрым движением скользнул вперед и в сторону, а затем прижал острие к его горлу.
— Ну что? Рискнешь? — тихо шепнул ему на ухо я, одновременно надавив на стило так, чтобы то вошло ему под кожу.
Крепыш аж вздрогнул, не ожидая от меня такого подвоха. Еще бы, так быстро двигаться он пока не умел. Его глаза расширились. Аура пугливо дернулась. Сердце на мгновение дало сбой. А потом он медленно-медленно повернул голову и, наткнувшись на мой холодный взгляд, инстинктивно замер.
— Кхм! — как-то очень некстати прервал наш чрезвычайно интересный диалог кто-то стороны. — Лэны, а что это вы здесь делаете?
Мы с Босхо, не сговариваясь, отпрянули в стороны.
Крепыш, буквально шарахнувшись от меня вправо, оказался почти у окна, одновременно разворачиваясь к источнику шума. Ну а я опустил руку, снова спрятал стило в ладони и, выпрямившись, быстро взглянул на того, кто рискнул нам помешать.
Как ни странно, это оказался… ребенок. А точнее, двое совершенно одинаковых пацанов в белоснежных мундирах с золотыми пуговицами, в таких же белых брюках с золотыми лампасами. С белоснежными манжетами. Без каких-либо сумок, рюкзаков, портфелей и прочих вещей, которые могли бы быть у обычных школьников. Зато с выражением крайней подозрительности на одинаково настороженно взирающих на нас детских физиономиях.
Годиков им было ну максимум десять. Один пацан оказался чуть пониже, поизящнее, с густыми вьющимися золотистыми кудряшками на голове, тогда как второй, напротив, выглядел покрепче, ростом был слегка повыше, да и черты лица у него были несколько грубее, чем у первого.
Самое же интересное заключалось в том, что я даже не увидел, когда и откуда они появились. Вот не было никого в коридоре, я ж следил, и тут нате вам, двое из ларца одинаковых с лица. Им, собственно, в нашей академии вообще было не место, да еще в таком торжественном наряде. Кроме студентов и тех, на кого выданы спецпропуска, на территорию вуза еще со времени взрыва в отеле «Пирамида» посторонних категорически не пускали.
Но тогда кто они? Откуда взялись? Что тут делают?
Я стоял и гадал на эту тему ровно два неимоверно длинных сэна, пока Босхо вдруг не переменился в лице и не склонился перед более мелким сопляком в почтительном поклоне.
— Ваше высочество…
Я, когда его услышал, чуть не поперхнулся, но, хвала тэрнэ, все-таки сообразил поклониться следом, одновременно с тем лихорадочно припомнив про подозрительную белокурость, свойственную именно императорскому роду и связанным с ним семействам. А также запоздало признав в стоящем напротив мальчугане его высочество Альвара Лукриаса Тароса Карона Илтэ Ларинэ.
Нет, так-то у тэрнэ, если верить таблоидам, было аж четверо детей. Уже взрослый сын Аррос, который готовился со временем принять власть и регулярно появлялся с отцом на официальных приемах, а также выполнял целый ряд обязанностей при дворе. Принцесса Азалия, которой было четырнадцать, когда я учился в младшем классе школы Ганратаэ и которая еще год назад вышла замуж за принца Роберта из соседнего королевства, после чего благополучно отбыла на родину мужа. Принцесса Анна, которой в этом году исполнялось целых семнадцать лет. А также младший, достаточно редко появляющийся на публике принц Альвар, которого лет до двенадцати не должны и, полагаю, не станут обременять императорскими обязанностями.
