Чтобы дров не наломать, ведь Россия всем нам мать.
12
Чтоб в психушку не попасть, на соломку бы упасть.
Карты вытащить ту масть, что козырною звалась.
Чтоб всё дело было в шляпе не на Римском и не Папе.
Нет не с кукишем в кармане и не надо мне про баню.
Пушкин, Гоголь всё с чертями, да с царями, мне про нас, а не про Ваню, про страну с её корнями.
Про Россию, где семь нянек и с синюшными носами.
Ведь живём в большой стране, да и сказок ведь не две.
Здесь одну бы сочинить, не прервать бы мысли нить.
Да идею сохранить, не работать и прожить.
Часть вторая.
Бесы.
Или все вцепилися в Россию.
13
Ну, а дело было так, поведу сейчас рассказ.
Про Россию и про нас, да про сказки, что для вас.
Как-то рано поутру, глянул я на Русь страну.
Глянул, сказкой и былиной и стихом Ершовым длинным.
Глянул, челюсть отвалилась, здесь вся нечисть веселилась.
Над Россиею глумилась.
Иль Россия вся в ударе, или в винном перегаре.
В демократию играли.
Все повылезли из хмари, песни пели и плясали.
А кругом всё рожи, хари.
14
Черти, ведьмы, вурдалаки, знатно Гоголь здесь нагадил.
Он меж ними с казаками, с вороватыми хохлами, В поднебесье к Катьке маме, чёрт, в Вакулином кармане.
Я попробовал креститься, Пушкин тут же объявился.
Он и три его девицы, эк, загнул я небылицу.
Кот Баюн и царь Салтан, невод бросил в океан.
Рыбка мне сказала хам, да и сам я ведь с усам.
Невод на берег не враз, там Садко в сетях завяз.
Стукнул гуслей старика и старухе дал пинка.
О корыто вдруг споткнулся, волком сразу обернулся.
15
Волка я перекрестил, мне Емеля подсобил.
Он со щукой рядом был, из корыта водку пил.
Вдруг по берегу Балда, под уздцы мне Горбунка.
На, дружок, дарю конька.
И Ершов за ними с палкой, Пушкин с ним и в перепалку.
Ох, беда, пропал совсем, я на берег тут присел
и немножко прибалдел.
Глядь, Бажов со странной вазой, мне из камня кукиш кажет.
Про Урал мне басни вяжет, что я вру, пусть кто докажет.
16
А избушка, что с Ягою, бьёт Кощея близ прибоя.
Палкой, плетью, кочергою и от счастья тихо воет.
Сплошь бардак и кутерьма, Поп с Горынычем летят.
А за ними гуси в ряд, поп вожжами управляет.
Леший из лесу идёт, с ним и дядька Черномор.
Чёрт залез аж им в вихор.
Тридцать три богатыря, глазом косят на меня.
Вурдалаки, упыри, с моря на берег пришли.
Гробик Ганны принесли, веселились от души.
Знать бы мне на чьи шиши.
В гробе Ганны был мужик, просто лысенький старик.
Что царю устроил вжик, от страны остался пшик.
Развалил её мужик, лыс, как тот в гробу старик.
Он и нынче ещё жив и вампиры в дом наш прыг.
17
В доме стало очень тесно, а вампиры, те не местны.
Нынче в мире очень скверно.
То все пришлые известно, да и врать неинтересно.
Кровь сосут, конечно, что же, знать без этого не могут.
Местны, те все на слуху и воняют за версту.
Да зараза на страну, из-за моря, как чуму.
Да недавно занесли, вру, скорее завезли.
Так свои же обормоты, или нет иммунитета.
Их куснули, кто-то, где-то и теперь они с приветом.
Так сосут, ведь мы раздеты.
Зубы надо поломать, а напильник где мне взять.
Кол осиновый вогнать, не поможет, не поймать.
А за морем не достать.
18
Ах, их всех в мешок собрать, да за море и послать.
Всех по почте самолётом, а там, в прорубь иль в болото.
И не надо быть мне жмотом.
Так ведь лезут в щели в дыры, ведь на то они вампиры.
Ах, избу проконопатить, на двери замок поставить.
Ты уверен, что избавит, местных всех к чертям отправить.
Там навечно и оставить.
Да зараза ещё та, как у нищего сума, может в кризис им хана.
Или в гробик нам пора, так сосут опять с утра.
Да столетья полтора, ими правит сатана.
А тюрьма для них слаба, мне чернявая вчера.
Да ворона, не кума, ей ведь триста лет, не два.
Нет, и вовсе не врала, не крутила у виска.
Сыра вовсе не дала, там Крылов стоял с утра.
19
Вурдалаки упыри, из-за моря приплыли, Все ввалилися в избу, нет, кажись, немножко вру.
Все вломились очень просто, даже вовсе и без спроса.
Да вломились, я не звал, кто-то дверь с петель украл.
Вот ведь тоже кровососы, нет, они не эскимосы.
Просто нечисть из-за моря и не надо со мной спорить.
Все вломилися в избу, знать всё это не к добру.
Я в стороночке стоял и всё это увидал, а теперь и вам сказал.
Поздновато, да наверно, да, нахальные без меры.
Нам наукой, иль примером, нам не надо этой скверны.
20
Говоришь, конечно, верно, да не поздно ли наверно
Кабы знать прогнать куда, вот заморская чума.
Лезут вон средь бела дня.
Виноват опять и я, иль тебя мешком кума.
Не простым, пыльным наверно, иль в России пьют без меры.
Иль ругаются прескверно, или вместе всё наверно.
Ах, в глубинке нету скверны, всё в столицах, это верно.
К нам и летом не попасть, нет дорог и вовсе грязь.
Чёрт за печку снова шасть, так родной, а ты не сглазь.
Так в столицах ведь вся власть, а у нас одна напасть.
К нам с столицы не попасть, вот ворона и вся власть.
Так мне врать или не врать, иль по матушке послать.
Не успел я и сказать.
21
Началась совсем потеха, мне же вовсе не до смеха.
Лишь Емеля пьян и весел, оплеуху мне отвесил.
Мне же стало не до песен, ох, Россия мир в ней тесен, я головушку повесил.
Черти, ведьмы, водяные и русалки озорные, все вцепилися в Россию, неужель её осилят?