В городе бесконечной Ночи любой звон подходит для выпивки. Покинув храм и его ограду, Спиннок направился по мрачным улицам прямиком к “Надраю”.
Красноглазый Ресто стоял за стойкой бара; он промолчал, почесав подбородок, когда Спиннок прошел к обычному своему столику. Содержатели кабаков знакомы со всеми ликами несчастья: Ресто без всякой просьбы нацедил большую кружку эля и поднес гостю, отводя взгляд.
Оглядев прочие столики (все пусты, он единственный посетитель), Спиннок Дюрав взял кружку и проглотил сразу половину пенного зелья.
Когда Ресто притащил третью кружку, дверь распахнулась и показался Сирдомин. Спиннок ощутил внезапное предчувствие. Даже на расстоянии от этого человека исходит запах крови, лицо его бледно и смято; в глазах такая мрачность, что Тисте Анди отвел взор.
Будто не заметив его реакции, Сирдомин плюхнулся на стул напротив. Ресто подбежал с кувшином и второй кружкой.
- Она не желает моей помощи, - сказал Спиннок.
Сирдомин молча налил эля и грохнул кувшином, ставя его на место. - О чем ты болтаешь?
Спинное отвернулся. - Не мог найти тебя. Хотя искал везде.
- Так хочется сыграть?
“Игра? О да, Кеф Танар”. - Ты выглядишь жалким стариком, Сирдомин. Кажется, мне нужно пожертвовать остатками личного достоинства и рассказать тебе все. Здесь и сейчас.
- Не уверен, что готов, - отвечал человек. - Твое достоинство для меня ценно.
Спинок вздрогнул. Ему все еще не хотелось встречаться взором с Сирдомином. - Я отдал сердце.
- Отлично. Но ведь ты не можешь на ней жениться:
- На ком?
- На Верховной Жрице. Ты хотя бы понял, что она любит тебя… возможно, любила все это время. Проклятые Анди, вы живете очень долго, но, похоже, так и не научились понимать суть происходящего. Подарили бы мне ваши бесконечные годы… нет, у меня даже глаз зачесался. Не надо мне такого. Я и так зажился на свете.
У Спиннока закружилась голова. Верховная Жрица? - Нет, не она. Она меня не любит. И вообще я не о ней…
- Боги подлые! Спинок Дюрав, ты жалкий идиот.
- Знаю. Я же признался, ради Худа!
- Итак, тебе не хочется сделать Верховную Жрицу счастливой впервые за сотню тысяч лет. Чудно. Ну, дело твое. Другая женщина… осторожно, кто-нибудь может пойти и убить ее. Зависть опасна.
Сирдомин вел себя слишком беззаботно, слишком открыто и слишком искренне. Он походил на человека, поддавшегося отчаянию и больше ни о чем не заботящегося. Выпустившего все стрелы и с удовольствием замечающего опасную, смертельную пустоту колчана. Такой Сирдомин пугал Спиннока. - О чем ты?
- Я убивал людей. - Сирдомин налил еще эля и опустился на стул. - Пока их было одиннадцать. Они видели в себе освободителей. Замышляли падение “поработителей” - Тисте Анди. Я ответил на их молитвы, освободив всех. Это моя епитимия, Спиннок Дюрав. Мое личное извинение за безумства человеческой расы. Протии же их, ибо я не могу.
Спиннок ощущал комок в горле и слезы на глазах. Он не мог взглянуть на этого человек, не смел - дабы не увидеть того, что не предназначено для посторонних. Даже для ближайшего друга. Ни для кого… - Это, - сказал он, ненавидя собственные слова, - не было необходимым.
- Честно говоря, ты прав, друг. Они и так должны были поплатиться - я верю и в твою эффективность, и в силу твоего Лорда. Но пойми, я просто хотел показать, что при необходимости мы способны разобраться с такими самостоятельно. Контроль и баланс. Кровь запятнала мои руки, а не твои. Ни у кого не появилось лишней причины ненавидеть вас.
- Ненавидящим причины не важны, Сирдомин.
Собеседник кивнул (Спиннок заметил его движение краем глаза).
Последовало молчание. Спиннок припомнил историю, которую слышал уже не раз. О том, как Сжигатель Мостов по имени Вискиджек - человек, которого Аномандер Рейк называл другом - остановил истребление паннионских ведьм, безумных матерей Мертвого Семени. Вискиджек, человек, пожелал одарить Сына Тьмы, избавив от лишнего бремени, от акта жестокости. Жест, потрясший Владыку до глубины души. “Не в нашей природе позволять другим разделить наши тяготы. Но взять на себя чужие тяготы… на это мы готовы”.
- Гадаю, не спутали ли мы его планы.
- Кого?
Спиннок потер лицо. Он уже чувствовал себя пьяным. - Итковиана.
- Разумеется, нет. Серые Мечи…
- У них был Надежный Щит, да. Но они не были в этом уникальны. Это древний титул. Мы стали темным зеркалом для таких людей? - Он потряс головой. - Возможно, и нет. Это походит на большое заблуждение.
- Согласен, - мрачно прогудел Сирдомин.
- Я люблю ее.
- Ты так говоришь. Но, по всей видимости, ты ей не достанешься.
- Точно.
- Поэтому ты напился.
- Да.
- Дай мне набраться, Спиннок Дюрав. Я тоже сделаю что должен.
- И что ты должен?
- Ну, я пойду и скажу ей, что она треклятая дура.
- Не получится.
- Неужели?
Спиннок кивнул: - Она уже встречалась с тобой. И не дрогнула.
Снова потянулось молчание. Оно тянулось и тянулось…
Он был достаточно пьян, чтобы повернуть голову и впиться взором в глаза Сирдомина.
Лицо друга было белым как пыль. Маской смерти. - Где же она? - спросил человек натянутым, хриплым голосом.
