- Из-за меня? Объясни.
- Не смысла, если нет глаз.
- У меня они есть, проклятый идиот!
- А они могут ВИДЕТЬ?
Дич уловил ударение на последнем слове. Сумеет ли он пробудить здесь магию? Сумеет ли выжать что-нибудь из своего садка - для того чтобы усилить зрение? Остается попробовать. - Погоди, - сказал он. О, садок здесь, непроницаемый, словно стена. Однако он ощутил нечто неожиданное. Трещины, расселины, просачивание наружу и внутрь…
Это действие хаоса. “Боги, он рушится!” Не будет ли мгновения - перед тем, как буря настигнет повозку - в которое он сможет дотянуться до садка? Не сумеет ли он скрыться, избежав уничтожения вместе со всеми?
- Долго еще, долго еще, долго еще? - спросил Тисте Анди.
Дич обнаружил, что в нем еще остаются силы. Пробормотал несколько слов и в тот же миг увидел прежде невидимое - да, ясно увидел груду плоти, на которой лежит.
Огромная татуировка покрывает каждый клочок обнаженной кожи, линии и фигуры переходят с тела на тело, но нигде не видно целого рисунка - только сложные, загадочные сплетения, схемы внутри схем. Он видит переплетенные границы. Он видит вытянутые тела, искаженные лица и перекрученные торсы. Рисунок покрывает все тела на вершине, кроме самого Дича.
Тисте Анди, должно быть, расслышал его вздох, ибо захохотал. - Вообрази себя парящим… ну, скажем, на высоте пятнадцати людей. Пятнадцати людей. Сверху, сверху. Висишь в воздухе как раз под потолком ничто, под потолком ничто. Смотришь вниз на все это, все это, все это. Знаю, отсюда смотрится нелепо - но не оттуда, не оттуда, не оттуда - ты не увидишь груду плоти, узлов костей под сухой кожей - ты даже теней не увидишь. Только картину! Картину, да. Увидев ее, ты проклянешь всех богов и богинь, которых знаешь. Плоскость, картина, плоскость, картина!
Дич пытался понять, что же видит - он не решился последовать совету Анди опасаясь, что сойдет с ума; о нет, он не мог вообразить себя вне плоти, парящей в высоте душой. Ему трудно было понять одержимость этого существа, одержимость слепого рисовальщика. - Ты явно пробыл тут долго, - сказал Дич в конце концов. - И не оказался засыпанным.
- Да и да. Я был среди первых в повозке. Среди первых. Убит Драконусом, потому что пытался вырвать у него Драгнипур. О, Аномандер Рейк не был первым. Я был. Я был. Я был. Возьми я меч, первой жертвой был бы сам Аномандарис. Разве не горькая шутка, дружище? Да, да.
- Но это… - Дич показал рукой, - это свежие рисунки.
- Нет, только слой, последний слой, последний слой.
- Что… что ты использовал вместо чернил?
- Умный вопрос! В фургоне кроводрево, чернодрево, смола так и сочится, так и капает, и застывает.
- Сумей я воспарить так, как ты советуешь, - сказал Дич, - что за картину увижу?
- Блуждания, Оплоты, Дома, каждого бога, каждую богиню, каждого достойного упоминания духа. Королей и королев демонов. Драконов и Старших - о, все тут, все тут. А ты остаешься тут, дружище, остаешься тут?
Дич представил себе существо, нависающее над ним, представил пронзающую кожу кость. - Нет. Я намерен ползти как можно дальше. Не останавливаясь. Пока не уйду с твоей картины.
- Ты не смеешь! Ты все испортишь!
- Тогда вообрази, что я невидим. Вообрази, что меня вообще нет - и я тебе не помешаю.
Пустые глазницы сочились слезами, Тисте Анди качал и качал головой.
- Ты меня не получишь, - продолжил Дич. - Да и вообще скоро всё кончится.
- Скоро? Как скоро? Как скоро? Как скоро?
- Буря, мне видится, всего в лиге позади нас.
- Если ты не присоединишься к картине, - заявил Тисте Анди, - я сброшу тебя вниз.
- Драконусу может не понравиться.
- Он поймет. Он понимает больше тебя, больше тебя, больше тебя и еще больше тебя.
- Дай мне немного отдохнуть, - попросил Дич. - Потом я сам слезу вниз. Не хочу быть сверху, когда настанет конец. Хочу стоять лицом к буре.
- Ты правда вообразил, что ритуал пробудится сразу? Правда правда правда? Цветок открывается быстро, но ночь долга, долга, и все потянется долго, долго, долго. Открытие цветка. Он откроется за миг до зари. Откроется за мгновение. Драконус выбрал тебя - мага - для узла. Мне нужен узел. Ты узел. Лежи тут, тихо, не шевелясь.
- Нет.
- Я не могу ждать долго, дружище. Ползай где захочется, но я не могу ждать долго. Всего лига!
- Как твое имя? - спросил Дич.
- А тебе зачем?
- Для следующего разговора с Драконусом.
- Он меня знает.
- Но я не знаю.
- Я Кедаспела, брат Энесдии, а она была женой Андаристу.
“Андарист. Это имя я знаю”. - Ты хотел убить брата мужа своей сестры?
- Хотел. За то, что он сделал им, что сделал им. За то, что сделал им!
Дич поразился горестному выражению лица дряхлого Анди. - Кто ослепил тебя, Кедаспела?
- Это был дар. Милость. Я не понимал эту истину, не понимал всю истину, всю истину. Нет. К тому же, я думал, что внутреннего зрения будет достаточно, чтобы бросить вызов Драконусу. Украсть Драгнипур. Я был неправ, неправ. Был неправ. Истина это дар и милость.
- Кто ослепил тебя?
