- Я имел в виду имение. - Он потер лоб. - Кастелян проводит все время, смешивая настои от болезней, которыми никто не болеет. Да если бы и болели, то от его настоев сразу померли бы. Охрана двора только и делает, что бросает кости. Разве этого можно было ожидать от сегуле - ренегатов? А самое невероятное - Скорч и Лефф восприняли свои обязанности с полной серьезностью.
Тут она фыркнула.
- Нет, реально, - настаивал Торвальд. - Похоже, я знаю отчего. Они могут ее чуять, Тиза. Странность. Хозяйка вошла в Совет и потребовала себе место, причем никто даже не пискнул - или так я слышал от Коля. Думаешь, тут же в особняк пошли визитеры от разных блоков в Совете, старающихся заполучить ее голос? Как бы не так. Никого. Разве это имеет смысл?
Тизерра внимательно смотрела на мужа. - Не обращай внимания, Тор. На всё это. Твоя задача проста - держаться подальше.
Он метнул на нее взгляд: - Хотелось бы, поверь. Вот только все инстинкты полыхают - словно к спине приближается треклятый раскаленный добела кинжал. И не только у меня так. У Леффа со Скорчем тоже. - Он встал и начал ходить по комнате.
- Я еще не ставила ужин, - сказала Тизерра. - Потребуется время. Почему бы тебе не пойти в “Феникс”, не пропустить кружку - другую? Передай привет Крюппу, если встретишь.
- Что? А. Хорошая идея.
Она смотрела, как муж выходит; выждала несколько десятков сердцебиений, чтобы убедиться - он не переменил намерений и не вернется. Потом подошла к одному из тайничков в полу, потянула за крючок и вынула свою Колоду Драконов. Села за стол, осторожно сняла обертку из оленьей кожи.
Она делала это редко. Тизерра была достаточно чувствительна и сама ощутила, какие могущественные силы собираются в Даруджистане. Их присутствие делает попытку гадать опасным делом, но она хорошо понимала: инстинкты мужа слишком остры, чтобы пренебречь ими.
- Ренегаты - сегуле, - прошептала она, покачала головой и взялась за Карты. Она использовала Барукову версию с немногими собственными добавлениями - картой Города - в данном случае, Даруджистана - и еще одной… но нет, о ней она даже вспоминать не будет. Без крайней нужды.
По жилам пронесся трепет страха. Карты похолодели в руках. Она решила выложить карты по спирали и не была удивлена, опустив центральную и увидев, что это Город - силуэты знакомых зданий на закате, сияние голубых огней внизу, и каждый подобен закопанной звезде. Она долго смотрела на нее, пока огни не начали плясать в глазах, пока сумрак не пополз с карты в окружающий ее мир, пока внешнее и внутреннее не слились, пульсируя, не застыли на один миг, словно ножом приколоченные к столу. Она не искала будущего - пророчества слишком опасны при схождении сил. Она изучала настоящее. Вот этот самый миг, все точки крепления обширной сети, что накрыла Даруджистан.
Затем она опустила следующую карту. Высокий Дом Теней, Веревка, Покровитель Ассасинов. Ну, это тоже не очень удивительно, если учесть недавние слухи. И все же она ощутила, что дело гораздо сложнее, чем может показаться. Да, Гильдия ввязалась в дело более кровавое, чем ожидала. Тем хуже для нее. Но Веревка никогда не ведет одну игру. Под поверхностью ведутся и другие. Видимость - всего лишь завеса.
Третья карта шлепнулась на стол; она поняла, что рука не может остановиться, вытаскивая еще карту, и еще. Три тесно связанных. Три карты, формирующие узел сети. Обелиск, Солдат Смерти и Венец. Им нужна рама. Она положила шестую карту и что-то проворчала. Рыцарь Тьмы - слабый рокот деревянных колес, хор стонов, подобно дыму исходящий из меча в руках Рыцаря.
Итак, Веревка на одной стороне, Рыцарь на другой. Она видела, как задрожали руки. Быстро выбросила еще три карты - второй узел. Король Высокого Дома Смерти, Король-в-Цепях и Дессембре, Повелитель Трагедии. Рыцарь Тьмы как внутренняя рама. Она положила внешнюю и сипло вздохнула. Эту карту даже рисовать было нельзя! Тиран.
Замыкает поле. Спираль выложена. Город и Тиран в начале и в конце.
Тизерра не ожидала ничего подобного. Она не искала пророчества - она всего лишь гадала о муже и той сети, в которую он угодил - нет, не пророчества, особенно такого широкого…
“Я вижу конец Даруджистана. Спасите духи, я вижу конец родного города. Вот, Торвальд, твоя сеть”.
- Ох, муженек, - прошептала она, - ты в настоящей беде…
Глаза вновь остановились на Веревке. “Ты, Котиллион? Или вернувшаяся Воркана? Это не просто Гильдия - Гильдия здесь не имеет значения. Нет, за завесой иные силы. Грядут ужасные смерти. Ужасные”.
Она резко смешала карты, как будто этот жест способен отменить то, что неизбежно, порвать веревочки и освободить мир, чтобы он нашел себе новое будущее. Как будто это можно сделать так легко. Как будто мы действительно наделены правом выбора.
