Родители встретили нас очень тепло и с большой радостью. Еще бы – Ксюшка настолько оправилась и ожила, что заявилась сама, да еще и в компании подруги! Это ясно свидетельствовало о том, что лед моей отчаянной нелюдимости основательно подтаял. И я была безгранично счастлива, видя их радостные и облегченные улыбки! Для них я была сейчас прежней – веселой, отрешенной, полной энергии и готовой к самому стремительному движению… По крайней мере создавалась видимость этого. Сама я никак не могла сказать, что осталась прежней. После непродолжительного знакомства, нас пригласили в гостиную, где уже был накрыт праздничный стол. Мы с Настей уселись рядом на диванчике, а мама с папой – напротив нас. Мы немного поговорили на отвлеченные темы и поздравили друг друга с наступившим Новым годом. А затем я, контролируя свои слова и стараясь вести себя как можно естественнее, рассказала родителям, что Настя занимается бизнесом в сфере оздоровительно-профилактических услуг и спорта, и что она сумела очень эффективно помочь мне в моем восстановлении. Кажется прозвучало достаточно убедительно… К тому же эта информация вскоре возымела тот эффект, на который я рассчитывала – у папы с Настей завязался разговор об экономике и бизнесе. Он сам после того как завершил летную карьеру занимался поставками авионики для гражданских самолетов. Бизнес есть бизнес, и у людей, связанных с ним, всегда найдется, о чем поговорить. Настя вела себя свободно и непринужденно, на любой вопрос она готова была ответить наиболее полно и понятно, и сама не стеснялась поддерживать беседу. В общем, вечер был просто чудесным, и я была в восторге… Единственное, что немного терзало меня – мысль о том, что не совсем так я хотела бы представлять родителям своего любимого человека… Что ж, пусть знают ее хотя бы как самую близкую и самую лучшую подругу. Время пролетело незаметно, и когда на часах было уже около десяти, настало время собираться. Провожая нас в прихожей, мама с папой поочередно обняли меня и тепло попрощались с Настей, попросив ее приглядывать за мной по возможности. Настя с улыбкой пообещала им это, и взглянула на меня с мимолетной строгостью так, что я внутренне вздрогнула. – А ты неплохо держалась, – сказала я, когда мы вышли на улицу и направились к машине. – Только вот что это был за взгляд перед самым выходом? Она улыбнулась, приоткрыв водительскую дверь, и ее глаза хитро блеснули: – Этот взгляд надо понимать так – твои родители официально поручили мне заботиться и присматривать за тобой, Ксюшик! И я с радостью исполню это поручение! Кстати, они мне очень понравились. Я была рада познакомиться с ними! – Что-то мне подсказывает, что заботиться и присматривать Анастасия будет по-своему, – ответствовала я с некоторым оттенком иронии. – Лучше бы им никогда не узнать подробностей! – Ох! И что же тебе подсказывает такие перспективы?! – Этот самый твой хищный взгляд! Мы уселись в машину. Как только двери захлопнулись и освещение в салоне погасло, Настя притянула меня к себе поближе и я наконец снова смогла ощутить вкус ее сладких губ. – Взгляд хищный, потому что ты слишком притягательна… – прошептала она, спустя несколько минут. – Никому тебя не отдам, поняла? – Поняла… – тихонько проговорила я в ответ, пряча лицо в ее пушистый воротник. – Люблю тебя… – А я – тебя… Она прижала меня к себе покрепче, но внезапно спохватилась и отстранилась: – Стоянку видно из окна? – Да, с балкона… – Тогда лучше поедем! – сказала Настя и запустила двигатель. – Не стоит надолго задерживаться под окнами… – Да, согласна, – улыбнулась я, пристегивая ремень безопасности. Она вывела машину на дорогу и вскоре мы оказались на Ленинградке. – Ты не против, если мы кое-куда с тобой заедем? – спрашивает вдруг она, сворачивая к развороту в сторону центра. – Нет, конечно же, – сказала я в ответ. – Мы с тобой вместе, это главное. И куда ехать, мне все равно… – Отлично, мой Ангел. Просто у нас с тобой есть незаконченное дело, и я хотела бы предложить тебе торжественно его завершить! – Какое дело, Насть?! – удивилась я. – Скоро узнаешь, – таинственно заявила она, внимательно следя за дорогой. – Интриганка… Мы развернулись, и она повела машину по практически пустому шоссе в сторону центра. Когда мы проехали через туннель-развилку Ленинградского и Волоколамского шоссе, Настя вновь развернулась на ближайшем развороте и через минуту остановилась возле того самого кафе, где мы впервые встретились… – Зайдем? – предложила она. – Погляди, никого почти нет и даже наши с тобой места свободны! Я с нежностью взглянула в ее поблескивающие зеленые глазки: – Нетронутый кофе в тот поздний вечер – это мы с тобой не закончили? – тихо сказала я, и она кивнула в ответ. – Идем? – Да! С радостью! Спустя пару минут мы уже с удобством разместились возле окна, за тем самым памятным столиком. Сделав заказ, мы одновременно поглядели друг на дружку. – Приятно вновь оказаться здесь в твоей компании, – Настя улыбнулась мне. – Но самое главное то, что сейчас ты именно такая, какой я тебя себе представляла! – И какой же ты меня представляла? – с интересом спросила я. – Очаровательной, жизнерадостной, общительной девушкой, – ответила она. – Именно такой, как я могу наблюдать сейчас. Ведь ты и правда ожила с тех пор… – Ожила, благодаря тебе, – сказала я. – Не появись ты тогда в моей жизни... Я не знаю, чем бы все закончилось. Ты моя спасительница… Я в некотором смущении опустила глаза. – Я уже говорила, ты преувеличиваешь степень моего воздействия, – произнесла она. – Но если ты считаешь, что мне удалось чем-то тебе помочь, то я попрошу тебя сделать для меня кое-что в ответ. – Все, что пожелаешь! – сказала я, вновь взглянув ей в глаза. – Чудесно! – Настя таинственно прищурилась. – Помнишь, я сегодня просила тебя не пить спиртного? – Помню… – Так вот, я хочу, чтобы ты прокатила меня так, как ты умеешь, – вдруг произносит она, и по моей спине пробежал неприятный холодок. Я сразу помрачнела и уставилась на свои пальцы, которыми теребила краешек меню: – Прокатить тебя?.. – протянула я медленно. – Да, именно! – Зачем? – я почувствовала какое-то замешательство и даже раздражение. Ее просьба, или скорее требование, свалилось мне как снег на голову. – Мне так хочется, Ксения, – ответствует она, и в ее голосе появилась уже знакомая мне холодная нотка. – Ты раньше всерьез этим занималась, ты любила это, и я хочу, чтобы ты возродила то, что тебе когда-то так нравилось. – Это осталось в прошлом, – ответила я, поежившись, и, мельком взглянув на Настю, уставилась в окно. Того мгновения, за которое я успела поймать ее взгляд, мне было достаточно, чтобы понять – она не отступится, и разговор этот не утихнет сам собой. На столе перед нами появились две чашки кофе, но я даже не посмотрела в их сторону. – Тебе не кажется, что ты оставляешь в прошлом не совсем то, что нужно? – произносит Настя, беря свою чашку обеими руками. Я ничего не ответила, чувствуя, что оказалась в очень дурацком положении. Сейчас она скажет что-нибудь типа «вот она – цена твоему обещанию», и все станет совсем отвратительно. – Прости, – сказала я наконец и повернулась к ней. – Мне не на чем тебя прокатить так, как ты хочешь. Ты знаешь, я потеряла свою машину…
