Мне захотелось зажмуриться от страха, но усилием воли я заставила себя смотреть за всем происходящим и по возможности оценивать ситуацию.
И вот, спустя несколько невыносимых секунд, край створки люка исчез, и машина на своей платформе камнем рухнула в пропасть.
Крика сдержать я не смогла, когда меня ощутимо вдавило в кресло! Да что лукавить – я попросту истошно завизжала и все-таки закрыла глаза, почувствовав, что нахожусь в свободном падении, от которого сразу захватило дух! Господи, нет! Я не могу! Не могу смотреть на это!!!
Но почти сразу ощущение падения оборвалось – сзади и сверху что-то зашумело, захлопало, и сразу после этого дернуло настолько сильно, что я невольно выпустила руль, за который инстинктивно держалась, а ремни стиснули мое тело так, что я почти безвольно на них повисла. Это оборвало мои крики, и я широко раскрыла глаза, испуганно оглядываясь по сторонам.
- Ну ты и орешь! – услышала я в наушнике голос Макса, прозвучавший с обидной усмешкой. – Я чуть не оглох… Уфф, вот черт!.. – добавил он приглушенно. – Понеслась…
Ничего не произнося в ответ, я и так поняла, что его машина тоже уже находится вне грузового отсека. Поглядев в зеркало заднего вида, я даже содрогнулась. Не каждый день увидишь позади своей машины купол парашюта, небо с удаляющимся самолетом и автомобиль партнера по команде, за которым тоже раскрывается парашют!
Тогда я наконец осмелела и посмотрела вперед, туда где посреди обширного поля растянулись две взлетно-посадочные полосы, к одной из которых я сейчас стремительно приближалась. Поделать с этим ничего было нельзя, и мое сознание отчаянно кричало об опасности и протестующе подбрасывало кучу бессвязных мыслей о том, что в случае чего спастись будет попросту нереально!
Однако очень скоро, судя по звуку, раскрылись все остальные купола парашютной системы, благодаря чему моя машина, или вернее платформа, на которой она была закреплена, стремительно выровнялась в горизонтальное положение.
Неумолимо приближающаяся поверхность земли исчезла из моего поля зрения, и мне почему-то стало немножко спокойнее, в то время как спуск все еще продолжался. Поглядев в левое окно, я увидела довольно далеко, за сетью рулежных дорожек немалое количество автомобилей и людей, скопившихся рядом с большими ангарами и еще какими-то техническими постройками… Глазеют ведь! На телефончики свои снимают наверняка! Вот бы вас на мое место!..
Зато повернув голову направо, я увидела нечто более эффектное. Там, на удалении пары сотен метров, под тремя несущими куполами и одним направляющим спускался к земле серебристый Мустанг GT500! Разглядеть силуэт водителя на этом расстоянии да еще и сквозь тонированные стекла было невозможно, но я сама при этом будто почувствовала чей-то взгляд… А сразу за этим чувством вновь пришла тревога. Странная, мучительная, необъяснимая.
Я уже начала подвисать, проваливаясь в странное и непонятное оцепенение, и готова была прозевать все что угодно, включая скорое приземление, если бы не голос Макса, вновь прорезавший эфир:
- Эй, Ксю! Наблюдаю тебя! Спускаешь нормально, попадешь прямо на полосу! Слышишь меня? Двигатель пустила уже?..
Стряхнув с себя наваждение, я ухватилась левой рукой за руль, а правой принялась нащупывать кнопку старта.
- Слышу! – ответила я, немного приглушенным, охрипшим голосом. – Готова… Я почти готова…
- Хорошо! Похоже, ты приземлишься на пару секунд раньше этого чубрика на Мустанге. Не медли! Ты знаешь, что делать!
- Да, Макс… Конечно, – сказала я, найдя наконец кнопку. – Встретимся на трассе! Мягкой посадки!
Двигатель Галлардо коротко взвыл и притих, опустив обороты до холостых. Этот звук мотора придал мне сил и смелости, позволил сосредоточиться на самом важном сейчас – на приземлении и старте.
Я ухватилась за руль обеими руками, нащупав пальцами позади него лепестки переключения скоростей. А за стеклом впереди уже виднелась земля и перспектива полосы, уходящей в даль, где должен был находиться нужный съезд на рулежку и выход на трассу.
Сделав несколько достаточно глубоких вдохов, я проговорила мысленно:
« – Все получится! Все будет хорошо! Сотню раз это уже делали… Все хорошо! Не думать ни о чем постороннем! Вообще ни о чем!..»
Больше ничто меня не интересовало. Я даже не поглядела снова на машину соперника. Нечего там рассматривать! На трассе узнаем, кто чего стоит! Сейчас я ждала только одного – момента касания.
Сверху что-то гулко хлопнуло и зашипело, спуск внезапно замедлился, и платформа почти без удара опустилась на бетонную полосу. Вот и все! Все чувства обострились мгновенно, сработала своеобразная автоматика, сформировавшаяся уже давно.
Услышав щелчки, с которыми разомкнулись крепления, удерживающие машину на платформе, я притопила педаль акселератора, одновременно включив передачу. Моя белоснежная Галлардо послушно рванулась вперед, съехав с платформы, и пошла в стремительный разгон!
Первая сотня меньше, чем через три секунды!.. 140… 160… 200… Передо мной замелькали плиты взлетно-посадочной полосы с белой центровочной разметкой.
