Я снова посмотрела на нее и обнаружила, что ее уверенный взгляд слегка погрустнел и будто бы потух. Она даже на пару мгновений спрятала глаза.
- Перестать верить, это значит заранее, почти гарантированно отказаться от благополучного результата… – Настя печально улыбнулась мне и сжала мою руку. – А в случае неудачи становится совсем невыносимо, потому что начинают одолевать различные нездоровые мысли. Что ты все знала заранее, что ты могла все исправить… – она помедлила и поспешила вновь мне улыбнуться. – Поэтому верь, Ксения. И береги это в себе. Жизнь очень непредсказуемая и коварная штука. Ну а если ты во что-то веришь, то это останется с тобой независимо ни от чего.
Взглянув на нее с благодарностью, я сжала в ответ ее руку и проговорила тихо:
- Мне очень страшно, Насть. Все это… Оно будто в один миг. Жизнь вокруг просто сошла с ума!.. Я пытаюсь справиться с этим, но пока ничего не получается…
- Ты должна пытаться и дальше, – сказала она твердо. – Сейчас непростой период, но ты должна держаться. Я сделаю все, чтобы тебя поддержать. Но для этого ты и сама должна хотеть этого, понимаешь?
Я согласно покивала и укуталась в воротник, отворачиваясь при этом в сторону. Слезы! Проклятые слезы! Их невозможно сдерживать! Ну как можно держаться, когда ты такая жалкая и слабая?!
- Успокойся, Ксюша, – Настя снова обняла меня. – И не отворачивайся. Нет стыда в этих слезах, как нет стыда и в том, чтобы принять помощь в трудную минуту.
Но я лишь сильнее расплакалась, потому что сдерживаться уже совсем не могла. Немного задыхаясь от проявившихся нервных спазмов в груди, я проговорила, запинаясь:
- Да в том-то и дело, что сама я, похоже, ни на что не способна!.. Насть, у меня такое чувство, будто все происходит само собой! Будто моими проблемами занимаются все, кроме меня! И мне не по себе от этого ощущения!
- Глупости все это! – немедленно заявила она. – Сейчас ты уже совсем не дело говоришь… Ксюш, я понимаю, это очень тяжело! Но не смей себя ни в чем винить!
Настя приобняла меня и сделала несколько шагов, решительно продолжив наше движение в сторону парковки.
- Мы, кажется, уже обсуждали с тобой это, – произнесла она, укрывая меня от сильного порыва ветра со снегом. – Потому я и говорю – хватит!
Я не ответила, лишь кивнула, стараясь, находясь в ее объятиях, кое-как вытереть слезы, которые по ощущениям уже даже начинали замерзать.
- Сейчас ты немного успокоишься и поедешь домой, – сказала Настя, подведя меня к моей машине. – Слышишь? Я жду ответа, Ксения, – добавила она уже с ноткой недовольства в голосе.
- Да, Насть, я поеду домой… – отозвалась я, отыскивая ключи в кармане.
- Приедешь, примешь горячий душ и немедленно ляжешь спать, – продолжала она, строго глядя мне в глаза. – Это ты тоже поняла?
- Да…
Я качнула головой и даже чуть улыбнулась. Этот Настин нерезкий, но наставительный тон, который так удивительно подходил ей, невероятным образом придал мне капельку уверенности и сил в состоянии почти полного отчаяния и безнадежности.
- Поезжай осторожно, моя милая, – сказала она, заканчивая все свои распоряжения нежным поцелуем.
- Хорошо, – ответила я, открывая дверцу и садясь в машину. – Обещаю.
- Я приеду часа через два, – сказала она. – Нужно успеть кое-что подготовить. Завтра у нас будет непростой день. Ты ведь договоришься на работе?
- Конечно…
- Вот и хорошо. Поезжай, Ксюша. Я постараюсь не задерживаться.
Она закрыла дверцу и быстро направилась к своему автомобилю, а я запустила двигатель, включила отопление и сделала глубокий вдох. Больно. Дышать тяжело, и все внутри будто дрожит мелкой, неприятной дрожью. Настя права – нужно взять себя в руки и постараться успокоиться.
И верить. Верить, что все получится…
