…Прошло несколько дней после того, как я, заключив сделку со своим лечащим врачом и, отчасти, со своей совестью, стала следовать указаниям по питанию и лечению. Я, вероятно, несколько окрепла телом, но не духом. Я очень плохо спала, особенно по ночам, и постоянно просыпалась, иногда в слезах, сама не понимая временами, с чего случался очередной приступ горьких, давящих эмоций. Мне казалось, что в этой комнате, прикованная к постели, почти без возможности пошевелиться, я медленно начинаю сходить с ума… Это не жизнь. Это существование… Существование без движения. Все мое естество инстинктивно протестует против этого, порываясь двигаться, бежать хоть куда-нибудь! Эта остановка слишком затянулась… Но я не могу удовлетворить свою потребность в движении, чувствуя себя кораблем, выброшенным на берег бурей. И разбитым о скалы в придачу. Это невыносимо! Наверное, именно это чувство мучит меня, даже когда я этого не осознаю… Я не могу сбежать никуда, тем более – убежать от самой себя. …В один из дней, сразу за визитом родителей, появилась Ленка в сопровождении Мишки и Тёмы. Их, наконец, пропустили ко мне. Тот день был немного красочнее остальных. Они притащили мой рабочий планшет, электронную книгу, ноутбук и беспроводной модем. И новую, большущую партию цветов в огромных букетах. – Ну вот, вроде ловит нормально, – говорит Мишка, налаживая модем на ноуте. – Сможешь быть на связи! А на планшете уже есть рабочий инет. – Все, что есть по проекту мы тебе тоже принесли, – добавляет Ленка. – Мрачно ты выглядишь, Ксюнь… Надеюсь, это поможет тебе отвлечься! – Да, конечно, – я строю подобие улыбки. – Одной рукой, правда не очень удобно что-то делать… Ну, попробую привыкнуть. Спасибо вам! – Конечно, ты справишься! – Ленка сжимает мою руку. – С Интернетом сможешь заниматься дистанционно. Куратор сказал, что все это можно организовать без проблем! – Держись, Ксюх! Все это пройдет! Мы всегда рядом, если нужно, – говорит Артем. – Конечно… Спасибо вам, дорогие... Мы еще долго разговаривали на отвлеченные темы. Ребята не касались в разговоре ни аварии, ни каких-либо деталей моего настроения, и я была им за это безмерно благодарна. У них даже пару раз почти получилось заставить меня улыбнуться! Все это закончилось, когда в итоге пришла рыжеволосая девушка в белом халате – молоденькая медсестра по имени Марина, которая постоянно контролировала мое состояние. Она решительно попросила ребят уйти. Когда они ретировались, расцеловав меня в обе щеки на прощание, Марина подходит к моей кровати и с неодобрением оглядывает кучу электроники, оставленной на тумбочке и стуле рядом со мной. – Вот что, Ксюш, – говорит она строго. – Давай-ка все это уберем подальше.
Я и так, верная своему обещанию, послушно выполняла все указания для эффективного лечения, но сейчас я была готова негодовать.
