Все-таки она такая забавная! Почему с ней так легко и приятно болтать просто ни о чем? Мои мысли забегали более активно, стали ясными и какими-то легкими. Боже мой, я просто не могу поверить, что наступил момент хоть какой-то перезагрузки для моей полумертвой, похолодевшей души… Странная, неестественная эйфория! Настолько неестественная, что я боялась проявлять свои чувства, боялась показывать, что мне стало легче и спокойнее. Будто сама в себе подозревала какой-то обман… До чего себя довела!
- Ну что ж, тогда я пойду в душ… – проговорила я с чуть ироническим смирением. – Надеюсь, не перепутаю с комнатой пыток!
Я выглянула в коридор, стараясь сориентироваться, куда мне идти. За спиной послышался Настин смех и ее слова:
- Похоже, ты еще не потеряла способность шутить! Это радует… В душевой найдешь сухие полотенца, а к твоему выходу я тебе подберу что-нибудь из белья и одежды.
- Эмм… Спасибо, – ответила я рассеянно и вышла из кухни.
Я нашла душевую без особых затруднений и, неторопливо стянув с себя одежду, забралась в кабинку из полупрозрачного матового стекла. Когда стремительные струи воды принялись ласкать мое тело не только из поливалки с гибким шлангом, но и с нескольких сторон по бокам, из множества настенных рассеивателей, я почувствовала новый прилив сил.
Ну точно, день чудес… Сегодня каждое, даже самое простое, действие происходит будто впервые. Сегодня стало легче дышать и потому сразу захотелось дышать полной грудью, стало легче смотреть вокруг себя, легче говорить, двигаться и самое главное – думать.
Душ принес очень приятные ощущения и оживил меня, но, как ни странно, выбираясь из кабинки, распаренная, мокрая и взъерошенная, я почувствовала сонливость и какую-то внутреннюю усталость. Но это была опять же не та усталость, что обычно – от нервного утомления и непрерывных переживаний. Это сейчас было скорее от переизбытка впечатлений.
С удивлением я обнаружила, что мои вещи уже исчезли с вешалки неподалеку от двери, а взамен им появилась пара мягкого и эластичного нижнего белья, короткий шелковый халатик нежно розового цвета и розовые шлепанцы.
Я покачала головой, подозревая здесь намек на мой цвет волос, которые, кстати, давно нуждаются в подкрашивании… Промокнув влажную кожу махровым полотенцем, я подошла к большому зеркалу над раковиной и с некоторой грустью оглядела себя. Какая-то жалкая, поникшая и отощавшая. Смотреть страшно!
Разве что в глазах теперь немного просматривался живой блеск, чего до этого я не замечала. Что ж, это уже кое-что!
Я немного распушила спутавшиеся мокрые волосы, натянула подготовленные для меня белые трусики и топик, надела халат и завязала его пояс. Чувство свежести, легкости и обновленности было очень приятным, но все-таки я сонная… Может быть мне можно где-нибудь поспать еще хотя бы пару часов?..
Сунув ноги в шлепанцы, я вышла из душевой в прохладный коридор и направилась обратно на кухню.
Настя, до сих пор так и не переодевшаяся, насыпала сухой корм из металлической баночки в кошачью миску, стоящую возле одной из тумбочек. Кошка крутилась возле ее ног, мурча и нетерпеливо подергивая торчащим кверху хвостиком. Если Настя сразу повернулась, реагируя на мое появление, то кошке, похоже, уже на все глубоко наплевать – она утыкается мордочкой в миску и принимается сосредоточенно уплетать свой завтрак.
- Ну как ты? – спросила Настя, выпрямляясь и отставляя банку с кормом. – Освежилась?
- О да, спасибо, – ответила я с легкой улыбкой. – И спасибо за розовый халатик…
- Оценила? – она тоже улыбнулась. – А тебе идет розовое. Твои шмотки я забросила в стирку… А ты чего такая сонная? Вроде же только из душа?..
Ох, ну почему по мне всегда все так заметно?!
- Да вот что-то клонит меня в сон, не знаю, – проговорила я. – Впечатлений слишком много, наверное… И непривычно все как-то. Можно мне где-нибудь прилечь ненадолго?
- Ну конечно! – ответила она и приобняла меня за плечи. – Ты здесь для того, чтобы расслабиться и прийти в себя. Будь как дома и не стесняйся. Помнишь ведь, где ты спала? Там и ложись!
- Но это твоя спальня! – смущенно сказала я, вновь ощущая, как начинают гореть кончики ушей.
- А тебе там неуютно? – спросила она несколько разочарованно.
- Да нет, не в этом дело! Мне неловко как-то…
- Ну вот, снова неловкости! – она закатила глаза. – Вот что, Ксю, отправляйся туда, ложись и спи крепко и сладко! А я сегодня тебе постелю в другой спальне, рядом. Так тебе будет удобнее?
Я улыбнулась ей, чтобы она вдруг снова не нахмурилась:
- Да, спасибо тебе…
- И перестань постоянно благодарить за все!..
- Прости…
- И извиняться!!!
- Эмм… – я умолкла и беспомощно взглянула на нее, и это явно, совершенно откровенно ее повеселило.
- Все не тормози! – сказала Настя, разворачивая меня к выходу из кухни. – Хотя погоди, может все-таки приготовить тебе завтрак?
- Нет, – ответила я. – Спа-а… Ну, в смысле, есть что-то не хочется.
Она, по-видимому, осталась довольна тем, что я удержалась и вновь не произнесла свое уже традиционное «спасибо».
