нафиг! Лучше я куплю себе что-нибудь заводского розлива. Пусть оно будет не так
чудодейственно по своему составу, но, по крайней мере, есть гарантия, что не облезешь за пару
месяцев…
СунОк, похоже, придерживается таких же взглядов, как и я, потому что принялась
рассказывать маме, как много сейчас всяких шарлатанов, которые пользуются доверчивостью
честных людей. Слово за слово, и мама обиделась, поняв, что её старшая дочь не верит в её
способность отличить «правильную знахарку» от «неправильной». И считает купленное ею
просто выкинутыми на ветер деньгами. СунОк, допетрив, что мама обиделась, принимается
«грести назад», говоря, что я как бы «за», но видишь ли, дело в том… В общем, в конце концов
она просит прощения у мамы и, «перекидывая тему», снова обращается ко мне.
- А в школе, если ты придёшь с крашеными волосами, - это не будет нарушением правил? -
спрашивает она.
- В правилах нет ничего о цветовой дифференциации штанов, - шуткой отвечаю я.
- Каких ещё … штанов? - хмурится онни, не понимая.
- Нет, цвета волос в правилах школы не указываются, - отвечаю я, - о причёсках написано, что
они должны быть аккуратными и соответствующими учебному заведению.
- А твои волосы – соответствуют?
- Вот в понедельник и узнаем, - обещаю я.
Мне тоже это интересно. В модельном агентстве мне после сьёмок предложили «покраситься
взад», вернуть, как было, но я за день устал, и сидеть опять почти час в кресле, перекрашиваться,
не было никакого желания. Да и честно говоря, мой новый внешний вид мне понравился.
«Свежо», я бы так сказал.
- А фотографии? - спохватывается мама, - В агентстве тебе дали твои фотографии?
- Дадут, - обещаю я, - сейчас нельзя, а вот как выйдет реклама, тогда – дадут.
- Понятно, - слегка опечаливается мама.
- Где можно купить хороший коньяк? - спрашиваю я.
- Зачем тебе? - настораживается мама.
- Хочу подарить звукорежиссёру-сонбе, - и поясняю, почему, - мне ещё, похоже, долго с ним
работать…
Звукорежиссёр, конечно, ещё тот «огненный перец». Изменение скорости записи – это его
откровенный косяк, но… Мне ещё с ним работать. Потом, после «вспышки ссоры» подавленной
авторитетом президента СанХёна, мы вернулись к деловому общению, выяснилось, что
материала мало, а музыки, у звукорежиссёра, много… Ну, вот он и сымпровизировал, гад,
порезав мою музыку самым адским образом. Будем завтра переделывать. Думаю, что бутылка
коньяка, с моими извинениями, поможет значительно улучшить этот процесс. А то, вроде бы, как
бы, я, виноват - понаписал много, а бедный звукреж не знае, как ему, бедному, выжить в таких
невыносимых условиях изобилия.
По-хорошему, этого ЫмпрЫвызатора нужно послать бы куда подальше, вместо извинений…
Ладно, «перетопчусь». Задача – сделать нормальный фильм, а «спецов от музыки» я построю
потом. Попозже…
Неторопливо чапаю к воротам альма-матер, додрёмывая тремя четвертями мозга. Какой
садист придумал эти ранние подъёмы? В воскресенье поспать не удалось, с утра пришлось
тащиться в «FAN», исправлять «косяки» в звуке. Сегодня тоже ранний подъём. Уже и как-то
зябко по утрам… Брр-р! Не май месяц, однако!
- Девочка, а ты тоже учишься в школе Кирин? - неожиданно кто-то сбоку у меня задаёт
вопрос.
Поскольку мозг у меня ещё спит, то я делаю всё неспешно. Плавно торможу, останавливаюсь,
поворачиваюсь, оглядывая обстановку, обдумываю ответ на вопрос. Рядом со мною молодой
парень с микрофоном в руке. Дальше – мужик с камерой на плече. Видно, какая-то съёмочная
группа.
Что им от меня нужно? Почему именно я стал объектом сьёмок? А! Похоже, в волне учеников
идущих в школу, образовалась «локальная дырка» и у ворот никого нет. Секунд пять спустя они
повалят толпой, но вот именно сейчас съёмочная группа может прицепиться только ко мне
одному, потому что кроме меня здесь никого нет!
- Здравствуйте, аджосси, - говорю я, и, кивнув, подтверждаю, - да, я учусь в Кирин.
- О, как здорово! - несколько натянуто радуется репортёр и тут же с подозрением
интересуется, - А разве ученики школы не обязаны носить форму?
Смотрю на него, неспешно обдумывая неспящей четвертушкой мозга – «шо за наезд?» и что
от меня надо? Я, значит, с ним разговариваю, а он, значит, подозревает меня в самозванстве?
- Школа Кирин, - со значительностью в голосе отвечаю я, - отличается большой гибкостью и
либеральными взглядами на процесс воспитания творческой личности. Обратите внимание,
аджосси, мы находимся с вами за территорией школы. Правила школы, в отношении формы,
распространяются только на её территорию. Вот я зайду туда – буду в форме, выйду оттуда –
буду одета, как хочу…
Смотрю на него, он смотрит на меня. Что за идиотский вопрос?
- Э-ээ, да, - всё так же натянуто улыбается он мне в ответ, - магия превращений школы Кирин!
Скажи, а ты не знаешь ученицу Пак ЮнМи?
Это что, шутка такая? - думаю я, подавляя зевок, - Или он на самом деле даже на фото не
удосужился взглянуть, придя сюда?
- Да, знаю, - киваю я и спрашиваю, - а с какой целью вы интересуетесь, аджосси?
