— Да ничего, просто фильм один вспомнил, — усмехнулся я. И мысленно добавил: «Который еще не сняли». — Слушай, Боря, вот ты мне скажи, где ж я так нагрешил-то так?
Мы посмотрели друг на друга и хором прыснули. Хрен знает, как именно работает это сарафанное радио, но всю неделю к нам в «Буревестник» продолжалось прямо-таки паломничество. Которое к выходным превратилось не то, чтобы в стихийное бедствие, но во что-то очень близкое.
— А откуда они вообще взяли, что ты… ну… готов к сотрудничеству? — хмуро спросил Астарот. — Ты объявление в газете что ли дал?
— Ага, два объявления, — заржал я. — Ладно, пойду с этими тоже пообщаюсь.
Я поднялся с кресла и направился к выходу из зрительного зала «Буревестника». Оставив «ангелочков» дальше обсуждать идею их нового клипа, из-за которой мы сегодня тут и собрались.
А на выходе меня ждали двое «Пиночетов», фронтмен и басист. И я уже примерно себе представлял, что они скажут.
— Велиал, здорово! — жизнерадостно заорал главный из «Пиночетов» и бросился обниматься. — Какие у тебя тут кисули в фойе танцы устроили…
— А ты здесь конкретно так прописался, да? — басист «пиночетов» постучал костяшками пальцев по дверному косяку.
— Здорово, орлы, — усмехнулся я. — С чем пожаловали?
— Короче, мы с Димоном МГИМО не кончали, — заговорщически подмигнул фронтмен и покрутил один из многочисленных значков на своей обтрепанной «безрукавке». — Ты же «цеппелина» турнул? Турнул. Значит местечко освободилось, а?
— Честно скажу, вы примерно сорок седьмые за эту неделю, — усмехнулся я.
— Да? — лицо фронтмена «пиночетов» стало по-детски обиженным. — Я же тебе говорил, что надо было сразу идти!
— Кстати, раз уж вы все равно пришли… — начал я.
— Велиал, стопэ! — заголосил басист. — Мы же тебе тут принесли кое-чего… Вот, сча… Короче, моя бабуля — просто чемпион мира по засолке груздей. Да ты не скалься, я вот вообще ни разу не шучу! Она натурально каждую осень садится в свой уазик и собирает грибов, наверное, целую тонну. И потом их солит. Короче, я тут принес пока пару баночек на пробу, если понравится, могу еще штук десять притаранить…
— Соленые грузди — это аргумент, — хмыкнул я. — А давайте-ка в наш кабинет поднимемся.
— О, еще и кабинет! — восхитился фронтмен.
Я вздохнул. Когда скромненько пришли первые рокеры, кажется, «Ножной привод», я удивился. Когда визиты и звонки продолжились, я начал недоумевать. Но вот сейчас мне уже было скорее смешно.
— О, рояль! — хором заорали оба «пиночета». — Вот ни хрена ж себе!
— Опять? — Наташа подняла голову и посмотрела на меня. — О, кстати, вот конкретно эти хорошо, что пришли. Я думала уже им сама звонить.
— Куда грибы поставить? — спросил басист.
— Погоди с грибами, Димон, — остановил его я. — Короче, парни, у меня к вам два вопроса. Только честно, лады? Вы с чего взяли, что я собираюсь кого-то продюсировать?
— В смысле? — удивленно вскинул брови фронтмен. — Ну так ты же «цеппелинов» турнул, значит место освободилось…
— Не-не-не, ты не понял, — остановил его я. — Откуда вообще эти слухи появились?
Я уже пытался несколько раз этот момент прояснить. Сначала вообще думал, что это Ян решил мне так отомстить и вслед за слухом про бандитов запустил еще один. Ну, типа как популярное в будущем западло — разместить профиль с чужим фото на сайте гей-знакомств или, там, дать объявление «продам кокер-спаниеля за три рубля, звонить строго с пяти до шести утра». Но никто ничего внятного на эту тему пока что не сказал.
— Ну, короче, там как дело было… — фронтмен «пиночетов» опустился на вращающийся стул и начал на нем крутиться. — Яныч как-то пришел и давай рассказывать, как ты ему по почкам пробил, бабки отобрал и еще Боба этот твой его прижучил.
— Звиздел, стопудово, — басист склонился над роялем. — Мы сразу поняли, что никто его не прессовал.
— Ян вообще мне бабок должен! — заявил фронтмен.
— Ой, и ты не звезди! — басист сыграл на нашем расстроенном рояле собачий вальс. — Гы, а я, в натуре, в первом классе мечтал пианистом стать!
— И что тебе помешало? — иронично спросила Наташа.
— Да, короче, я поспорил со своим тогдашним корешем, что я себе руку сломаю, — басист заржал.
«Все-таки панки — ребята совершенно незамутненные», — подумал я.
— В первом классе? — Наташа удивленно подняла бровь.
— Там долгая история, — басист Димон захлопнул крышку рояля и вышел на середину кабинета. — Короче, мы тогда были октябрята, типа. И у нас были вожатые из пионеров. Две девчонки. Или, как мне тогда казалось, очень взрослые тети. И, короче, один раз они приходят, а у обеих гипс на правой руке. И по секрету нам рассказывают, что, типа, у них контроша по математике, а они, чтобы ее не писать, сами себе руки сломали. Об парту если вот так грохнуть, то…
— Нормальные такие у вас вожатые были, — подала голос Света. — Прямо-таки разумному-доброму-вечному учили.
— О, Клэр! — обрадованно заорал фронтмен. — А я тебя не заметил! А ты чего в рок-клуб больше не заходишь?
