— Да, короче, Вовчик ему с группой гастроли устроил, — объяснил Конрад. — И концертов еще парочку сверху…
— Один концерт, — уточнил я.
— Ну а Ян начал трепаться, что Вовчик его по деньгам обидел, и еще бандюков своих на него натравил, — сказал Конрад.
— А ты натравил? — спросил у меня Василий.
— Неа, — мотнул головой я.
— А зря, — усмехнулся Василий. — С кем ты там, с Французом дружбу водишь?
— Р — репутация, — засмеялся я.
— Так-так-так, погоди! — Василий замер, не донеся стопку до рта. — Я правильно понял, что ты Уварова под крылышко взял, а он тебе фигвамы рисует и по подворотням треплется?
— Ага, — кивнул я.
— Так давай выкинем нахрен этих его «цеппелинов» со всех площадок! — Василий полез, было, в портфель, который стоял рядом с ножкой столика. Но потом опомнился, что коньяк свой не допил, и выпрямился обратно. — Я Марте говорил уже, что мудак у нее сынуля вырос!
— Ха… — Василий покрутил в руке пустую стопку. — Ха… А ты ведь злыдень, Вовчик, ты в курсе?
— Да ладно, я же добрейшей души человек, — криво улыбнулся я. — Можно сказать, рубаха-парень. Просто как-то перед парнями неудобно стало. «Цеппелины» — неплохие ребята. Играют отлично. Они же не виноваты, что у них фронтмен скурвился.
— Сеня, а ты что скажешь? — Василий посмотрел на Сэнсея.
— Они хороши, — кивнул Сэнсей.
— Тогда что мы сиськи мнем? — Василий плеснул себе еще коньяка и замахнул одним глотком. — И не понадобится устраивать эту суету с подбором, конкурсами и прочей беготней. А?
— А если они решат упереться и Яна поддержать? — задумчиво проговорил Сэнсей.
— Ну и дураки тогда, — махнул рукой Василий.
— Да не решат они, — поморщился Конрад.
— Были «Ян и цеппелины», станут «Семен и цеппелины», а? — Василий подмигнул сначла мне, а потом Сэнсею. — Сеня, ну что ты скучный такой? Мы же с тобой уже прикидывали палец к носу, что группа тебе, как ни крути, нужна. Возить тебя по всей стране с акустическими квартирниками — это такое себе, на семечки только. Ты же звезда! Тебе масштаб нужен. А «цеппелины» эти — нормальные. Нормальные же, а, Вовчик? Хорошо играют?
— Приемлемо, — кивнул я.
— Ну и вот! — Василий сдвинул в центр все четыре стопки и разлил по ним оставшийся коньяк. — Короче, этот Уваров нам, считай что, подарок сделал!
— Они же еще не согласились, — со слегка напряженной улыбкой сказал Сэнсей.
— Сеня, ты меня удивляешь! — Василий сунул нам всем стопки в руки. — Если начнут сиськи мять, значит они клинические идиоты. Пусть идут а Полевой концерты дают.
— На Полевой? — переспросил Сэнсей.
— В психдиспансере, — объяснил Василий, поморщившись. — Откажутся — туда им и дорога. Устроим тогда это твое тра-ля-ля с подбором музыкантов. В музучилище шороху наведем, там моя подружайка давняя работает, она в кого поталантливее пальцем потыкает.
— Вася, притормози! — Конрад хлопнул Василия по плечу. — Что у тебя за манера — идти сразу во всех направлениях? Попустись!
— Да у Сени такое лицо стало, будто ему тут предлагают разборку с перестрелками устраивать, — Василий развел руками. — Ничего с этим вашим Яном не случится. Хвост подожмет и к мамочке прибежит. Через полгода она ему новых музыкантов купит. И всего делов. Я это говно знаю, вот уж что-что, а в петлю он точно не полезет. Так что не ссы, Сеня, никакого греха на душу ты не возьмешь. Или давай я с ними покалякаю. В отличие от тебя, я ни черта, ни бога не боюсь, а мне музыканты при тебе тоже ого-го как нужны.
— Я все сделаю, не напрягайся, — я поднял руку, останавливая поток мыслей Василия. — Ну смотри, мне нужно, чтобы на фесте уже все в ажуре было… — покачал головой Василий.
— Если они вдруг упрутся… — начал я.
— Эй-эй, ты мне заднюю не врубай! — Василий угрожающе подался вперед.
— Думал сказать, что в этом случае беру на себе беготню по музучилищу, — засмеялся я. — Но я думаю, что не упрутся…
— Так, ладно, — Василий энергично замахал, призывая к нашему столику официанта. — Так, нам конины еще бутылочку. И закусить чего-нибудь по-быстрому сообрази. Ну, там нарезочку колбасную, сыра какого-нибудь покромсай. Как всегда, в общем, что я тебя учу? Давай, метнулся кабанчиком! — отдав команду, Василий снова повернулся к нам. — Короче, вот у нас есть какая тема. Это насчет второго нашего фестиваля, который за городом и на природе.
— Рокозеро, — подсказал Конрад.
— Да, точно, — кивнул Василий. — В общем, вот какое дело тут у меня. Вариантец подвернулся интересный, с пылу, так сказать, с жару. И вот я теперь сижу и думаю, как бы так на двух стульях-то сразу усидеть…
— Володя, ты почему так долго? — Агата бросилась мне навстречу, едва я успел появиться на пороге ДК профсоюзов. — Уже половина групп сегодняшних прослушали, а еще тут Гусь со Славиком подрались…
— Никого не убили? — уточнил я на всякий случай.
— Конечно, нет! — возмущенно всплеснула руками Агата и уставилась на меня влюбленными глазами. — Просто я здесь без тебя очень неуверенно себя чувствую. Они такие странные все…
