Приказ был ясен. Сестры достали оставшиеся пакеты и моментально бросили их в толпу солдат, пока позади них открывались ворота наружу. Пара взрывов размешала и разорвала ряды солдат, но не сильно навредила им. Материя начала исчезать, пока солдаты, оглушенные взрывом, старались встать на ноги и вернуться в строй. Указывать свою цель я не стал. Моя сестренка прочитала мои мысли и поняла мои намерения, выискивая DS8 среди толпы. Он оказался у дверей и уже был готов покинуть комплекс… Если бы не счастливая случайность. Очередной взрыв самодельной взрывчатки повредил материю и разорвал ряды солдат. Старик был беззащитен. Каждый выстрел по нему был гарантированным попаданием. Подобного шанса упускать я не могу! Никто не должен! Сестренка повторяла каждое мое движение. Она, буквально, целилась в те же места, в которые я смотрел. В секунды, спина старика начала окрашиваться в алые краски, пока он пытался пройти дальше. Я перестал стрелять тогда, когда его тело старика окончательно оказалось на полу. Пока моя семья перестреливалась с солдатами, я… не мог оторвать глаз от тела старика. Я рассматривал… изливающийся кровью… медленно хладеющий, бездушный и бездвижный труп. Мой поступок повлиял не только на меня, но и на солдат «Белых». Они не слышали приказов, оборачиваясь, замечая тело своего командира, распластавшегося в кровавой луже. Этого было достаточно, чтобы деморализовать их окончательно. Ряды рвались в клочья, солдаты начали паниковать. Пора закончить работу. Именно в этот момент я указал пальцем на солдат, набрав воздуха в легкие. Мой приказ прогремел громом и отзывался эхом в полупустом зале:
— «Порвем их! В бой!»
Я сделал пару шагов вперед, стараясь пройти через щиты, но братья опередили меня. Ряды ближнего боя поднялись с колен и ринулись вперед, размахивая щитами, дубинами, кольями и копьями. Все остальные медленно двигались вперед, стараясь прикрывать своих храбрых братьев плотным огнем, отстреливая беззащитных солдат. Солдаты были слишком напуганы, чтобы сражаться. Они не знали, как поступать в подобной ситуации. Все, что они могли сделать — бежать. Сквозь открытые двери комплекса, иногда бросая оружие, они бежали прочь, взывая к своим соратникам. Крики о помощи, мольбы о пощаде… Никто не слушал их. Ни «Белые», ни моя семья. Пока ряды ближнего боя шли вперед под прикрытием своих братьев и сестер, продолжая разбивать ряды солдат, Вторая оторвала меня от всех остальных, крепко обняв меня. Она была безумно рада нашему успеху.
«Получилось! Мы свободны! Я не могу в это поверить!» — в ее словах я… я не понимал смысла. Свобода? О какой свободе она говорит? Мы лишь выбрались из комплекса! Нам еще стоит многое сделать с другими семьями, пока нас гоняют самые настоящие армии, разбросанные по всему Инкубатору! И чему она так рада?! Мы потеряли десятки братьев и сестер! Я хотел поговорить с ней на эту тему, но она моментально отстранилась от меня, убегая к остальным. — «Мы сумели! Сумели!». Вторая, в моей голове, определенно сошла с ума или была в неведении. Я тоже не знал о том, что ждет меня впереди, но это нельзя назвать «свободой». Мы лишь выбрались из клетки в ящике. Я тоже был готов присоединиться к ним, но меня привлекло то, как выглядела «свобода». Это было… Я представлял себе Инкубатор по-разному, но то, что я видел… Длинный, белоснежный коридор, в котором не было ни окон, ни дверей. Я мог заметить небольшие таблички. Отметки, обозначающие номер комплекса. И этот коридор мог быть не просто «коридором», но дорогой к перекресткам и очередным комплексам. Как и говорил Нулевой! Комплекс комплексов внутри очередных комплексов! И тут не десятки семей. Нет… Их тут тысячи!
«Братик. Нам лучше пойти в другую сторону.» — сестренка тянула меня за руку в другую сторону коридора. Подальше от всех остальных. Я удивился ее предложению, после чего вырвался из ее хватки, направляясь к остальным. Это ее обеспокоило. — «К-куда ты? А как же…»
«Нам лучше идти с остальными! Вместе мы — сила!» — В моих словах был смысл. Я был спокоен среди своих братьев и сестер. Если я буду ходить с ними, то мои шансы выжить будут на высоте! Тем не менее, уговорить сестру пойти со мной у меня не получилось. Я даже не звал ее за собой. Пока я отходил к своей семье, оглядывая белоснежные красоты длинного коридора, я увидел на ее лице слезу. Не знаю почему, но она начала плакать, после чего убежала в противоположную сторону. У меня появился выбор: Бежать за сестрой, или же остаться среди остальных. Раздумывать над этим не было времени! Я прикажу всем идти в противоположную сторону, после чего найду свою сестренку.
