— И я по вам скучала, — Блэк обняла подругу. Взглянула на Блейза, который лишь коротко кивнул ей в качестве приветствия. Девушки сели напротив Забини, который нарочито фыркнул и уставился пустым взглядом в окно. Блэк потерла подбородок, вновь скашивая взгляд на друга. Гнетущее молчание не предвещало ничего хорошего. Блондинка в немой ярости сжала губы, резко поворачивая голову к Исмей.
— Что с ним, Ребекка?
Сидящий напротив Забини вздрогнул, услышав, что его обсуждают. Брюнетка пожала плечами, всем своим видом выражая нежелание завязывать конфликт, однако пристально глядя на мулата исподлобья.
— При чем здесь Ребекка, это ведь не она все каникулы провела с Поттером.
— Ради Салазара, успокойся, Блейз! Все так спонтанно получилось. Ему сейчас тяжело.
— Тяжело? — он поджал губы. — Вы делились друг с другом секретами?
— Откуда в тебе столько желчи?
Забини изогнул брови в удивлении. Немой вопрос. Его можно было даже не озвучивать. Делия вновь открыла было рот, но остановила себя, сверля Блейза взглядом, и будто молча умоляя закрыть эту тему. Перед глазами вдруг замерли дрожащие и сгорбленные плечи Гарри, поцелуй и… голос Забини тем временем ворвался в сознание.
— Он трус, и хвоста не высунет из своего Гриффиндорского логова, всегда предпочитает делать вид, что ничего не случилось, чем как–то вообще париться. Трус!
— Блейз!
— Что «Блейз»? — он стукнул кулаком по столику с такой силой, что чашки со сливочным пивом подпрыгнули, а половина напитка и вовсе расплескалась. — Что это, если не поиск оправданий?
С застывшим сердцем Делия сидела, переводя взгляд с Забини на Исмей.
— Прекрати, — шепотом произнесла она, чувствуя, как от злости и непонимания скрипят стиснутые зубы.
— Мальчик–Который–Выжил, Мальчик–Который–Победил Темного Лорда! — издевательским тоном передразнил мулат. — А вот и не победил он его нифига! Сама–Знаешь–Кто возродился и что теперь?
— Как будто в обязанности Гарри входит ежегодное сражение с Волан–де–Мортом! — прыснула Блэк, быстро моргая и утыкаясь взглядом в собственные ладони.
— Не произноси это имя! — тихо напомнила брюнетка.
— А я не боюсь его! — взвилась она, всплескивая руками. — Страх перед именем только усиливает страх перед тем, кто его носит. Может хватит уже придерживаться этих глупых стереотипов, что нельзя произносить Его имя? Это не Гарри трус, а вы! Сидите в своих норах, трясетесь, а Поттер сражается и защищает всю Британию! Не будь его, мы бы уже все передохли, как крысы в мышеловке!
Блейз в мгновение рассвирепел. Они будто теряли Делию с каждым днем, с каждой минутой. Это было неправильно. Мулат сжал челюсти и встал, хватая со столика свою кружку с пивом. Распахнув дверь купе, он обернулся, но только для того, чтобы закатить глаза и покачать головой, бросив на подругу взгляд, полный… отвращения? Разочарования?
Она не смотрела ему вслед и потому не заметила этого, но Ребекке показалось, что это был тот взгляд, которому не было места между Блейзом и Делией. Слишком уж он был холодный и отталкивающий. Исмей перевела глаза на подругу – она шумно дышала через нос, теребя мантию.
— Он переживает за тебя.
— Я знаю, — слишком быстро ответила Слизеринка, практически не дав ей договорить, и Ребекка поняла, что лучше и вовсе не продолжать разговор. Они ехали молча. За все два с половиной часа ни словом не обмолвились, а Забини так и не вернулся в купе. Когда они выходили из поезда, Блэк видела, что мулат беседовал с Ноттом и Монтегю, даже не глядя в их сторону.
— Ребекка, ты тоже такого мнения? — осведомилась блондинка, когда они шагали к каретам.
— Какого – такого?
— Считаешь, что я слишком много внимания уделяю Поттеру?
Брюнетка кашлянула, на секунду отводя глаза. Затем запустила пятерню в густые волосы, приглаживая их и ероша одновременно.
— Если ты скажешь, что он для тебя ничего не значит, я поверю, конечно, — наконец выдавила она из себя, заглядывая в лицо Делии. — Ничего ведь не значит, верно?
— Конечно, — и собственный ответ ее напугал.
Она ненавидела это слово.
Лживое, неправильное слово, которому Исмей поверила. Ухватилась за него, как за спасательный круг, растягивая губы в облегченной улыбке. А Делия до конца дороги опять молчала. Оказавшись в родных стенах, девушка смогла спокойно выдохнуть. И, кажется, праздничный ужин медленно, но уверенно пригладил беспокойство в ее грудной клетке.
***
