Поттер забыл, что сидит с ними за столом, потому что… забыл. И никогда, наверное, не вспомнит, что происходило в следующую, как минимум, минуту. Потому что девушка, замершая чуть поодаль их столика и что–то восторженно повествующая старосте Пуффендуя, не позволяла отвести от себя глаз.
Она была… Гарри при всем своем желании не мог подобрать вразумительного эпитета. Такого, который был бы понят и который мог бы… передавал бы то, что хотелось… черт, сказать. Соберись.
Но взгляд… взгляд приковался к ее тонким плечам. К прекрасным плечам. Тем самым плечам – которые–он–так–хорошо–помнил. Так хорошо, что стихло даже только что бушевавшее утробное волнение. Они были скрыты темно–синим кружевом, слегка угловаты, что давало невольную ассоциацию с распахнувшей свои крылья птицей. А спина… Мерлин, он не мог оторваться от ее так–сексуально–открытой спины. Хрупкую шею обхватывал воротник. Как отдельный предмет одежды. Два острых уголка покоились на выступающей линии ключиц, отливая в свете свечей. Огоньки из парящих над головами тыкв отсвечивали в камушках, усыпающих ткань, бросая легкие изумрудные блики на обнаженную, будто бы светящуюся матовым светом кожу. Ткань обхватывала ее грудь, обтекая талию и спускаясь прохладным шелком до самого пола. Внизу же за ней как будто длинным шлейфом тянулось серебристое марево, которое было, скорее всего, не материей даже, а просто подсвеченным воздухом.
Гарри медленно закрыл глаза, едва не разодрав себе веки взглядом, который будто по–прежнему был устремлен на нее. Он почти ликовал: это чудо достанется ему. И только ему. Он будет танцевать с ней. Мерлин, ему казалось, что от восторга он сейчас взлетит выше потолка. В следующее мгновение, словно издали, до него донесся голос Фреда:
— Твою мать, она так красива.
Твою мать. Ты прав, Фред. Просто: твою мать.
Он пропал. Он просто наглухо пропал. Выдерните его кто–нибудь.
Гарри повернул голову, глянув на близнецов. Те все еще, приоткрыв рот, следили, как к девушке протиснулась профессор МакГонагалл и что–то зашептала ей, указав рукой в сторону преподавательского стола.
— Мисс Блэк, спешу напомнить вам о давней традиции нашей школы, — заместитель директора строго смотрела на нее сквозь стекла очков в квадратной оправе. — Как префект Слизерина и… невероятно очаровательная девушка, вы просто обязаны подарить медленный танец декану своего факультета.
В голосе профессора Трансфигурации промелькнула тень надежды. Она кинула тревожный взгляд на своего коллегу, что невозмутимо восседал за учительским столом рядом с Дамблдором.
— Что? — брови Делии приподнялись от удивления. Она потерла переносицу, невесомо выдохнула. — Вы серьезно?
— Конечно, — нравоучительным тоном подтвердила она. — Перси Уизли так же…
— Простите, а профессор Снейп знает об этой традиции? — взгляд девушки невольно скользнул по преподавателю в наглухо закрытой черной мантии с бесконечной вереницей пуговиц. Она сглотнула и еле удержалась, чтобы не закатить глаза.
— Не волнуйтесь, ваш декан прекрасно танцует, — проигнорировав вопрос, добавила Минерва тоном, не допускающим возражений.
— Хорошо, профессор, — нехотя кивнула она, на ватных ногах развернулась и зашагала прочь.
Поттер удивленно вглядывался в удаляющуюся фигуру девушки. Переглянулся с Фредом, но тот лишь пожал плечами.
Тут же к ней подоспел Монтегю. И брал ее под руку. И вел обратно к Слизеринскому столу. Так, что вновь стало видно ее тонкую спину, не скрытую тканью. Черт. Зубы заскрипели.
Отвернись от нее и хватит глазеть. Потому что так ты ничем не отличаешься от половины болванов в этом зале. Доброй половины парней, которые вылизывали взглядом эту красивую девушку, что сейчас подходила к своим друзьям. Даже Малфой, черт подери. Даже хорек без стеснений разглядывал блондинку.
Она принимала у Монтегю бокал и, судя по порозовевшим щекам – комплименты.
— Мне нужно выпить, — Поттер заставил себя отвернуться, и от этого стало почти физически больно.
Он тут же напоролся на прямой взгляд Рона.
Кажется, понимающий. Кажется, даже сочувствующий. Гарри не отвел глаз. Просто взял стоящий перед ним бокал и выпил все содержимое почти залпом. Огневиски обожгло горло. Как они умудрились протащить алкоголь, он даже думать не хотел. Но это было так кстати, черт возьми.
А Лаванда Браун уже тараторила что–то сестрам Патил, не меньше удивленным, чем все остальные.
Через пару минут у входа появилась Ребекка Исмей в своем сногшибательном приталенном зеленом платье. И вот тут–то Рон поплыл… выпорхнул из–за Гриффиндорского стола под недоуменные взгляды к дверям, смущенно подловил брюнетку за руку и ушел во все тяжкие.
Поттер потер ладонями лицо. Пододвинул к Фреду пустой бокал. Тот только покачал головой.
— Нет, дружище. Лучше бы тебе не налегать на это дело.
— Уизли…
— Нам не нужны происшествия сегодня, ладно? — он нагнулся вперед, почти шипя на ухо Гарри. — И труп Монтегю тоже не нужен.
