– И что, если императору вдруг понадобится пообщаться с вашим послом, то придется ждать, когда его найдут в этом вашем лесу и приволокут к нему?
– Нет, нет, что ты, – рассмеялась Вильколиэль. – В столице есть постоянное посольство, где и проживает посол. Но раз в три месяца он уезжает сюда, в лес. А в столицу отправляется другой эльф.
– Хм, в таком случае послы могли бы приезжать и из вашего основного леса. Зачем императору понадобился под боком рассадник ушастых?
– Макс! – возмутилась эльфийка и опять обернулась, укоризненно посмотрев на меня.
– Ладно, ладно. – Я примиряюще поднял руки и улыбнулся. – Не ушастых, а безухих. И все же интересно – зачем?
– Не знаю, – пожала плечами Вильколиэль, видимо смирившись с моими шутками. – Возможно, в противовес гномам. Раньше мы с ними не очень дружили.
– Ничего не понимаю! А гномы-то тут при чем? Или они тоже где-то здесь в лесу живут?
– Нет, не живут, – опять рассмеялась она. – Раньше жили. И не в лесу, а в горах. Точнее, под горой. Под той самой, к которой мы направляемся.
– А сейчас что, закрыли посольство и съехали?
– Нет, не съехали. – Девушка внезапно погрустнела. – Они построили красивый город под горой, но что-то не рассчитали, и гора просела, похоронив очень многих гномов под собой. Правда, сами гномы уверены, что к этому приложили руку эльфы. Но это они, скорее, от злости на самих себя. Как же так, мудрые коротышки построили город, который рухнул?!
– Понятно, – протянул я задумчиво. – А тебе тоже тяжело жить в городе?
– Нет, мне нормально, – покачала она головой. – Я же изгнанная. Официально. И после ритуала изгнания больше не чувствую своей связи с лесом.
– Извини, – неожиданно даже для самого себя сказал я.
– Ой, да ты-то тут при чем? – Вильколиэль махнула рукой. – Сама виновата. Думать надо было, что делаю.
– И что, вообще никаких шансов вернуться обратно?
– Ну почему же? Если я совершу какой-нибудь подвиг во имя леса и эльфов, то, возможно, мне и позволят вернуться. Но я не хочу!
– Почему?
Девушка остановилась и пристально посмотрела мне в глаза, а потом сказала:
– Потому что теперь у меня есть ты! А чувствовать единение душ намного приятнее, чем связь с лесом.
– Ты думаешь, что я у тебя есть? Уверена? – произнес я скептически.
– Да куда ты денешься! – улыбнулась девушка. А мне, глядя на ее улыбку, вдруг подумалось, что да, действительно никуда не денусь. Куда-то исчезла вся былая ненависть. Точнее, даже не ненависть, а обида. Обида на то, что она пыталась меня убить, а потом и вовсе использовала для того, чтобы выжить. Да еще и вещи мои сперла зачем-то. В общем, как я уже говорил, поживем – увидим.
Вскоре тропа действительно стала более проходимой, а потом и вовсе расширилась. Также изменился и окружавший нас лес. Деревья хоть и оставались прежних видов, но стали намного толще и выше. Так что мы вновь смогли ехать верхом. Да и солнце стало светить так, будто мы по равнине движемся, а не по лесу.
Как объяснила Вильколиэль, эта тропа раньше была дорогой, той самой, по которой гномы могли попасть в столицу империи. После катастрофы в горах ее забросили, и везде, кроме эльфийского леса, она заросла. А у эльфов она не зарастала потому, что лес ее, видите ли, помнил. Вот такой странный лес. Также девушка сказала, что тропа идет не через сам лес, а по его краю. И возможно, нам попадутся лесные патрули, которые захотят узнать, кто это тут бродит по их территории. Но бояться не надо, она с ними договорится.
Бояться мы, в принципе, и не собирались. Если учесть, что кроме гоблина, все в нашей кампании были магами, хоть мы с Кером и необученными, то бояться надо нас, а не нам. Особенно если принять во внимание, какое у нас было настроение.
В этот день на ночлег стали на большой удобной поляне, за час до заката. Собирая дрова для костра, я неожиданно поймал себя на мысли, что все это мне очень нравится. Соскучился по такой жизни. Без шума большого города, без цивилизации и постоянных разборок с аристократами. Даже мелькнула идея поехать в Заброшенные земли и там поселиться. Очень странно, что там нет никаких поселений. Я понимаю, что магия в тех местах ведет себя абсолютно непредсказуемо и для цивилизации, у которой она в основе, отказаться от ее благ сложно. Но все же.
Натаскав достаточное количество дров, я обратился с этим вопросом к Иреку, рассказав про мои рассуждения и выводы.
– А зачем? – удивился маг. – Макс, у нас слишком много свободной от разумных земли, в которой магия работает так, как и должна. Так что селиться в Заброшенных землях просто глупо.
– Но ведь вся земля кому-то да принадлежит, – не согласился я. – А там можно жить свободным.
